Если ты ведьма, помни: твой путь к счастью будет не прост, ухабист и временами… непредсказуем!Так, однажды, я решила помочь незнакомке, а окончательно и бесповоротно изменила свою жизнь!Но разве можно отказываться от подарков судьбы? Даже если придется отправиться в Зачарованный лес, о котором ходят самые разные слухи!Добыть волшебную вещь? Не побояться переступить через страх? Искренне верить в мечту? Случайно обнаружить, что у тебя есть суженый, которого прокляли?Я – ведьма! А значит, со всем справлюсь! Ведь знаю: мне уже обещано невероятное сокровище – любовь!
– Вот опять ты с чарами перемудрила! – не выдержал Арчибальд, отскакивая от окна и кутаясь в собственные крылья.
Мой фамильяр, как и любой ворон, не любил сырости и слякоти, а дожди вызывали у него особое негодование.
Я пощекотала его по перьям на крыле и поморщила нос, даже не пытаясь отрицать свою вину. Куда там! Ливень с молниями и громом – моих, ведьминских, рук дело.
– А как мне иначе учиться? Сам же помнишь, поступить в ведьминскую школу денег нет, наставницу найти не могу по той же причине, а дар, если его не использовать, станет совсем неконтролируемым. Да и к тому же… инициацию пока не пройти. Так что изменить ничего не получится.
Арчи что-то недовольно заворчал, но спорить не стал. Он не лучше меня знал, что ведьмы в наших краях делятся на светлых и темных.
Светлые – это те, кто дожидаются суженого, дарят ему свою любовь, тем самым проходят инициацию, и из чувства взаимного и вечного, как звезды над головой, черпают свою силу.
Другое дело – темные ведьмы, которых с каждым годом становится все больше и больше. Причина этому проста: не верят одаренные в любовь, не ищут ее, не ждут и идут по более легкому пути – совершают убийство невинного существа, обретая мощь и черпая силы из всего живого. На мой взгляд, трусость та еще и мерзость.
Я не искала легких путей. Пусть сила пока контролируется плохо, и брать ее могу каплями, а не потоками, ведьминская суть только внутри прячется, но сдаваться и становиться темной не хотелось. До отчаяния и крика в горле. Не мой это путь! Да и любви хочется! И что бы она с собой ни принесла, светлую радость и счастье или полынную горечь и неизлечимую боль, я приму ее такой, какая будет. Жаль лишь, что никаких знаков от суженого мне не встретилось. Видимо, всему свой срок…
Арчи возмущенно каркнул на дождь, но больше ругать меня не стал. Понимает же, не все заклинания усваиваются у ведьм с первого раза. И то, что вместо легкого грибного дождика я призвала ливень, по сути, мелочь.
Подождать бы немного, не колдовать… Дать той капле силы, что во мне есть, подрасти.
Да только ситуация у нас с Арчи действительно безвыходная. Мы жили на то, что я зарабатывала своим умением магичить. Моих родных в живых не осталось. Воспитавшая меня бабушка умерла шесть лет назад. Отца я никогда не видела. Тот, узнав, что в семье родилась ведьма, сбежал, забыв про все обещания и клятвы, а мама не нашла в себе сил разделить любовь с оставшейся семьей и вскоре умерла от тоски.
Мы с бабушкой, которая, в отличие от мамы, не обладала никакой силой, порой жили тяжело. Она много шила, вязала и вышивала, чтобы нас прокормить, а я, как подросла, помогала по дому. А после бабушка, едва мне исполнилось девять, отдала книгу с мамиными рецептами зелий и заклинаниями. Пока моя магия только просыпалась, я изучала травы. И это увлекло настолько сильно, что в какой-то момент чуть не подалась в знахарки, если бы ведьминская магия не напомнила о себе. Отказаться от нее нереально, она, как часть души. Принимать, растить, использовать… Иначе сила против тебя и обернется. И хоть пыл я поубавила после того, как ведьминская магия вырвалась и сожгла половину чердака, где сушились травы, все равно продолжала смешивать целительские зелья, но уже с большей осторожностью.
В деревне, где мы жили, многие часто покупали у нас лечебные сборы и настойки. И все бы было хорошо… Да только люди неизменны. И наступает время, когда они вспоминают, что ты – ведьма, а значит, однажды можешь принести в их жизнь тьму. И приходят к твоему дому с факелами и вилами, забыв обо всем хорошем, что для них сделали. Так мы с бабушкой, спасаясь, и оказались в глухой избушке в дремучем лесу. До ближайшей деревни – несколько часов полета на метле, а тропинку к дому я вскоре заколдовала. Теперь, если задумал человек плохое, не найдет меня. По лесу поплутает да обратно вернется. Мне ни к чему лишние проблемы.
Я провела рукой по старому фолианту, оглядела небольшую избушку и решила на сегодня занятия по ведьмовству закончить. Вытащила из печи еще теплый чугунок с кашей, отломила кусок хлеба, заварила смородиновый и малиновый листы, чтобы согреться. За окнами по-прежнему грохотало, настроение не поднималось. Я уже собралась приступить к своему нехитрому ужину, как послышался настойчивый стук в дверь.
– И кого это принесло в поздний час? – не меньше меня удивился Арчи.
– Да в такую глушь… Опять, поди, за приворотными! – вздохнула я.
Как ни пыталась заговорить тропинку, чтобы отвадить желающих найти меня с подобными целями, никак не получалось! Видимо, ведьминского мастерства не хватает. Самоучка я, что поделать! Хорошо хоть за ядами да за наложением порчи и сглазов даже и не думают ходить.
И главное, сколько ни тверди, что я – честная ведьма, не верят люди, подвох ищут. По их мнению, слова «ведьма» и «честно» несовместимы. Впрочем, я давно перестала оправдываться. Бесполезно же! Теперь просто отказывала в любой просьбе, казавшейся неблаговидной.
