— Нам не до смеха, гражданин Карташов, — встрял Анатолий. — Вы обвиняетесь в убийстве и ограблении Галины Ивановны Гладышевой, своей квартирной хозяйки в городе Бахчисарае по улице Краснофлотской.
Это был удар ниже пояса. Александр побледнел как полотно и без сил опустился на стул.
— Это ошибка, — пролепетал он. — Я не был в Бахчисарае.
— Отпираться бессмысленно, — продолжал Петрушевский, и Сарчук, как всегда, удивился мягкости его голоса. — У нас имеются все доказательства. Я все же рекомендую вам сотрудничать со следствием.
Карташов провел рукой по отросшим блондинистым волосам. Кадык беспокойно двигался на тонкой шее. На лбу собрались морщины. И следователь, и оперативник понимали его состояние и были уверены: он признается в убийстве, но только в одном, бахчисарайском, чтобы избежать расстрела. Они сами сказали ему, что здесь отпираться бесполезно: есть необходимые доказательства. А вот по второму преступлению доказательств не было, и он начнет бороться за свою жизнь до последнего. Однако сыщики ошиблись. Музыкант театрально вздохнул:
— Ладно, ваша взяла. Это я убил Гладышеву и Ельцову. Дайте мне листок бумаги и ручку и оставьте одного. Все напишу. Надеюсь, еще не поздно оформить все как явку с повинной.
Коллеги переглянулись и кивнули, боясь, что он передумает. Казалось, сегодня удача сама шла к ним в руки. Они распорядились отправить Александра в камеру и принести ему то, что он просил.
<p><strong>Глава 3</strong></p>
