Услышав о падишахе, девочка дернулась, и все яркие краски померкли. Зачем ей море, если оно принесет одни огорчения? Аллах с ним, с этим морем. Она закуталась в платок и снова погрузилась в молчание. Между тем молчаливые спутники доставили девочек на побережье, где их поджидала фелюга — узкое парусное суденышко, способное вывезти человек десять, не больше. Чужеземцы, лопоча что-то на лающем языке, помогли будущим невольницам слезть с повозки и проводили на фелюгу, хозяин которой, смуглый турок в красной феске, с кольцеобразной серьгой в правом ухе, взглянув на товар, чмокнул, будто в восхищении, и пробормотал в ответ несколько слов. Девочек почти толкнули в помещение под полом, на расстеленные грязные одеяла, сунули кувшин с водой и пару лепешек и плотно закрыли дверь. Пленницы почувствовали, как фелюга сорвалась с места — ветер наполнил рваные грязные паруса — и, покачиваясь на волнах, взяла курс на далекую незнакомую землю.
<p>Глава 2</p>
