Вопрос был совершено, не типичен для ее подруги, поэтому Эмма рассмеялась.
- Нет!
- Очень плохо.
- И не говори. Хотя он выглядит чертовски горячо в одних только джинсах.
Джо выпрямился и отошел от дверного проема. Его глаза ни разу не покинули ее лица, пока он приближался. С каждым шагом Эмме все труднее было сохранять глубокое дыхание. Она когда-нибудь привыкнет к тому, что его вид делает с ней?
- Скажи мне кое-что, Солнышко. - Его загрубевший ото сна голос скользнул по ней, протанцевал по ее нервным окончаниям, словно лаская. Он опустил свободную руку ей на спину, изгибая талию, чтобы пройтись поцелуями вдоль ее шеи. - Как это возможно, что каждое утро ты смотришь на меня будто в первый раз, хотя твой рот и руки опробовали всего меня?
- Боже, Эм. - прошептала Элисон. Сердце Эммы подпрыгнуло еще раз.
- Закрой уши, Эл, ты не должна была этого слышать.
Его рука пронеслась с одной стороны, глаза опережали ее.
- Ммм, не думай, что я возражаю. Это здорово повышает мою самооценку. - Пальцы прошлись по основанию ее груди, дразня, пока соски не загрубели. Она почувствовала, как они превратились в две твердые горошинки.
- Твоя самооценка не нуждается в повышении.
- Как скажешь. А тот взгляд, каким ты одарила меня утром? Этот взгляд определил мое настроение на весь день.
- И какое же это настроение?
Злая ухмылка промелькнула на его лице.
- Озабоченное.
Эмма издала пораженный смешок, который быстро обернулся охом, когда он обхватил ее попу и притянул к своему телу, в то же время посасывая кожу на ее шее.
- Быстро поцелуй меня, пока парни не пришли сюда.
Она уткнулась носом в его кожу и вдохнула его аромат, приподняла голову, ее глаза почти закрылись. А затем она резко их открыла.
- Подожди! Ребята придут сюда?
- В любую минуту.
- Дерьмо! Я же еще не одета.
- Я заметил, - прорычал он. - Поверь мне, я заметил.
- Вот же хрень. - Эмма вырвалась из его объятий, ее глаза метнулись к двери в номер, когда раздался звук открывания замка. - Ты мог бы предупредить меня.
- Меня отвлекли.
Дверь начала открываться, а значит, у одного из них был ключ, у Гари, вероятнее всего. Эмма побежала, будто от выстрела, запрыгивая в спальню и хлопком закрывая дверь. Она прислонилась к ней и судорожно вздохнула.
- Придурок, - промямлила она автоматически. Это было за мгновение до того, как она поняла, что Элисон еще на связи, тихо посмеивается.
- Дай-ка угадаю. Ты единственная, кто не одет.
Эмма вздохнула.
- Не полностью, я надела трусики.
Элисон пропала, смеясь так сильно, что начала похрюкивать.
- Эл, я повешу трубку, если ты не прекратишь. - Она обернулась вокруг в поисках одежды. Ей нужна одежда, быстро, прежде чем один из этих идиотов не решит, что ему нужна ванная. Вытряхивая все из своих сумок с покупками на кровать, она зарылась в свои приобретения.
- Точно, извини.- Эл прочистила горло. - Так Джо зовет тебя Солнышком?
- Да. - Где-то в этой куче были средней потертости джинсы, в которые она просто влюбилась. Конечно, она потратила слишком много денег на что-то настолько дырявое, как эти джинсы, но они сидели на ней так же хорошо, как кожаные штаны, и были чертовски удобными, что оправдывали свою стоимость. Вот, кусочек синей джинсовой ткани под грудой шелкового нижнего белья. Она сорвала бирки и натянула джинсы.
- А как ты его обычно называешь?
- Ты только что слышала, как я его обычно называю, - ответила Эмма, зарываясь обратно в кучу в поисках футболки.
- Серьезно? Ты шепчешь это ему в ухо, когда он…
Эмма застыла, пряма в середине процесса по застегиванию ее лифчика.
- Когда он что, Эл? Ты даже не можешь сказать это, не так ли?
- Когда он внутри тебя. Видишь, я могу сказать это. - Она прошептала это, как будто молния ударит в нее, если она скажет это немного громче. Эмма попыталась проглотить свой смех, но у нее ничего не вышло.
Не желая повреждать деликатную ткань, она откусила бирки с ее кремовой блузки— немного великовата, свободная и слегка просвечивающая, вот почему ей понадобился лифчик. Надеть ее, не бросая телефона, было труднее, чем натянуть джинсы.
- Почему это ты внезапно так заинтересовалась моей сексуальной жизнью?
- Я просто думаю, что это очень мило, что он называет тебя Солнышко. И отвратительным, что ты зовешь его придурком. Хотя, должно быть, ему это нравится, раз ты все еще рядом с ним.
- Ага, я все еще сама пытаюсь понять это. А что ты говоришь Кевину, когда он… внутри тебя? - спросила она, подражая шепоту Элисон.
- Ничего. – Эл, казалось, стыдилась самой этой мысли.
- Ничего? Что он говорит тебе?
- Ничего!
- Серьезно? Никаких дрянных разговоров? Никаких поощрительных слов шепотом?
- Нет, - сказала Элисон на выдохе. Она определенно была смущена. - Ничего такого.
- Боже, правда?
- Ты говоришь так, будто это плохо.
- Нет, просто… Он внутри тебя. Это ощущение одно из… - Эмма задрожала только от мысли, как это здорово, когда Джо внутри нее. – Ну, здесь трудно подобрать слова. Потом, когда он начинает двигаться, задействуя при этом руки, губы… - Она вздохнула. - Как ты можешь молчать?
- А как ты можешь не молчать?
