Пытаюсь незаметно вырваться, Марат сжимает меня крепче.
Расцепляю его руки, и не глядя в сторону Рустама, стараюсь уверенно выйти из воды.
Не его дело!
Забираю свои вещи с шезлонга.
— Не комильфо, Алёна, мальчиков соблазнять, — в спину. — Не твой коленкор после чемпиона.
Оборачиваюсь, готовясь бросить ему пару ласковых.
В этот момент, следом за мной мимо Рустама проходит Марат. Бьет его плечом в плечо. Разлетаются на пару шагов, я чувствую взрыв агрессии! Оскаливаются друг на друга.
От ужаса, что Рустам сломает сейчас Марата, в панике оглядываюсь.
— Бессо! — хрипло окрикиваю стоящего недалеко моего спасителя.
Они оба тоже оглядываются на мой крик. Обмениваются обещающими друг другу бой, как на татами, взглядами. Расходятся.
Бес подходит ко мне, с вопросом заглядывая в глаза.
— Трогал тебя?
Отрицательно кручу головой.
— С Маратом они, — жалуюсь я.
— Мм. Да. Зацепились на спарринге.
— Сделай что-нибудь!
— Они спортсмены. Должны это контролировать сами, Алёна. После соревнований, пусть выходят на татами и решают этот вопрос.
— Но он же Марата покалечит!
— Марат уже не мальчик. Ещё год, он Рустама сам покалечит.
— Но цепляются они сейчас!
— Ладно.
Громко свиснув, подзывает Марата, махнув ему рукой.
— Я поговорю.
— Спасибо тебе.
Пока Бес с Маратом медленно идут по кругу и разговаривают, Рустам подходит ко мне.
И мне зло от того, что отчитывает Бес Тарханова в этой ситуации.
Рустам так близко, по коже мурашки и давящее чувство в груди. Перед крупными мужчинами всегда теперь так. Какой-то животный страх остался. Тарханов тоже большой, но на удивление, рядом с ним эта штука не срабатывает. И опасности не чувствуешь.
— Скажешь мне что-нибудь? — тяжёлым взглядом смотрит на меня Рустам.
А мне необъяснимо хочется врезать ему за Тарханова. Хочется уязвить побольнее!
— Скажу… — не сдержавшись выпаливаю я. — На счёт чемпионов. Ты — бывший чемпион. А он — будущий! — вздергиваю подбородок. — Перспективный мальчик.
— Что?! — ползут в шоке вверх его брови.
С колотящимся в горле сердцем отворачиваюсь и ухожу.
Дура… Дура… Идиотка! Подлила масла в огонь! Но вопреки всему, внутри чувство удовлетворения, что врезала по его самолюбию — и за себя, и за Тарханова.
Душ у нас как в армии. Хрен уединишься в час пик. До кучи — в мужском отменили горячую воду на время жары. И поэтому мы, мля, теперь бодрые и напряжённые. Закручиваю кран с холодной водой. Подхожу к длинному зеркалу над раковинами со станком и пеной. Здесь хоть теплая бежит.
Там уже Ромка. Ведёт лезвием по челюсти.
— Мар.
— М?
— Ты не против, если я Настю трахну?
Прошлым летом у нас с Настей было разок. Но так… флешик, без всяких предысторий и не подразумевающий продолжения. Сама зашла ко мне в душ. Сама на меня резинку натянула. Потом, истерила. Ну а я-то что… Давали — брал. Нехер хватать за член.
— Ромыч, можешь и Катю заодно! Что-то она мне все мозги вынесла.
Злюсь, припоминая фотки те стрёмные.
— Катюха не даст, — угорает Ромка. — Чëт у неё башню на тебе свернуло конкретно.
— Достала… Ну Настя тоже, честно говоря, такое себе, — предупреждаю я его. — Отморозишься после секса, станешь врагом, как я теперь.
— Да мне пох…
— Ну смотри сам.
— Странные такие, — закатывает он глаза. — Либо бы уже крестик сняли, либо трусы надели. Сами же инициируют, потом обижаются! Ну любишь ты секс, трахайся, в чем проблема-то?.. Зачем потом жертву из себя строить? Как будто нам по кайфу, а они из одолжения потерпели! Пф!
— Это потому что у девчонок секс не отделим от чувств. Если инициирует, значит, запала. И того же от тебя ожидает.
— Хорошо, что у нас это не так. Я бы застрелился.
— Да тоже так. Просто, это два разных секса. Совершенно. Несопоставимых.
— Да ладно? — фыркает. — Секс, он и есть секс.
— Это как пить протеин и есть шашлык. И то и другое белок, да? Белок, он и есть белок. И то и другое тебя насытит. Но, мля, несопоставимо же!
Ромка замирает с бритвой.
— Шашлык хочу, — сглатывает слюну.
Встречаемся взглядами в зеркале. Смеюсь над ним.
— У тебя-то «шашлык» случился? — играет бровями. — Чего довольный такой?
— Шмель…
— Да, ладно, ты же знаешь, что я могила. Колись.
— Ну Алёна не тёлка же проходная, чтобы я еë обсуждал — было, не было…
— Ой, хреново это закончится. Прямо, предчувствие у меня. Там чемпион землю пашет. Ты ему не в кассу!
— Выключай Вангу, всë круто будет, — ополаскиваю горящее от ментолового лосьона лицо. — Не любит она его.
Оборачиваю бёдра полотенцем.
Из комнаты гитара и девчачий смех.
Ну, ё-маё. Яша там опять фан-клуб собрал походу. За руку поднимаю одну из девочек со своей кровати. Пересаживаю ее на пуфик.
Заваливаюсь туда сам на живот.
Пожирая глазами девочек, Яша, улыбаясь, перебирает струны. Выдаёт что-то романтичное и хулиганское… Но девочки зря восторженно порхают своими ресницами. Яша просто грамотный пикапер. Знает, чем подкормить, чтобы потом сожрать самому.
Настя у Ромки на коленях. Целуются… У меня встаёт от этого зрелища. Потому что — тоже хочу… И губы горят…
Пишу Алëне:
