И в этот момент все затряслось под ногами, раздался оглушительный, словно пушечный залп, грохот. «Модена» раскололась пополам, и меня швырнуло вперед, на мачту. Руки Тэйна соскользнули с каната. Несколько долгих мгновений я с ужасом ждала, что он упадет на нижнюю палубу, но Тэйн успел перехватить канат и удержаться от падения – к счастью, он знал эти снасти как свои пять пальцев. С облегчением я потянулась к нему, но сбоку неожиданно налетел Фрэнк Лерой. Он врезался в Тэйна всей своей тяжестью, а затем они оба сорвались и упали в бурлящее море.
Я задохнулась от ужаса, бросилась к краю борта и прыгнула в ледяной вихрь. Это было полным безумием, мое тело немедленно подхватила и понесла разбушевавшаяся вода. Но, ослепленная волнами, мглою, болью и страхом, призывая все свои силы морской ведьмы, я тянулась к Тэйну, к моему любимому, который не должен был умереть! Не сегодня, не по моей вине!
Я ухватилась за чью-то лодыжку, не зная наверняка, Тэйн это или Фрэнк, но почти сразу меня оттащило в сторону. Однако теперь знала главное: я не одна и могу их найти. Сосредоточившись, я подчинила всю мощь водоворота себе и потянула, словно вбирая ее… И океан послушался. Воронка затянулась, спокойная вода услужливо подтолкнула ко мне обломки, куски дерева и человеческое тело… Тело! Я дотянулась до него, и тут же почувствовала тепло такой знакомой и родной уже магии – это был Тэйн! Живой!
– Эвери! – выдохнул он.
Мокрые черные пряди прилипли ко лбу, сломанный нос до сих пор кровоточил. Я же так устала, что не осталось сил ни смеяться, ни наслаждаться своим счастьем, хотя каждый нерв пел от того, что мы выжили. Я взяла Тэйна за рубашку и потянула подальше от легких вихрей, что остались от водоворота, заодно осматриваясь в поисках Фрэнка.
– Эвери, что…
Его слова оборвались так внезапно, что это могло означать лишь одно. Я резко обернулась и увидела Фрэнка Лероя, вынырнувшего точно акула с единственным зубом, блестящим и острым. Точным, неотвратимым движением он ударил Тэйна именно в то место, где билось его сердце. Я дико закричала, и Фрэнк задергался, забился в волнах, словно гигантский кулак затягивал его под воду. Мгновенно позабыв все на свете – кораблекрушение, боль, усталость, даже Тэйна, оставшегося позади, я превратилась в яростное существо с черными как бездна глазами. По венам неслось пылающее пламя, я кричала, не переставая, и заставляла волны крутить и рвать тело Фрэнка Лероя, пока он не всплыл на поверхность, больше похожий на темный клубок мокрых веревок, чем на человека.
– Эвери…
Ведьма во мне тотчас затихла, едва послышался вздох Тэйна. С выскакивающим из груди сердцем я подплыла к нему, и в горле встал ком. Как тяжело он дышал! Как слепо шарили его глаза по поверхности моря! Я схватила его за руку, холодную, как лед, и меня переполнило отчаяние.
– Нет, – взмолилась я, отчаянно тряся головой. – Нет, нет, нет!
Я прижала руки к его груди и нащупала рукоятку ножа, всаженного так крепко и неподвижно, словно это была часть его тела. Тэйн издал странный звук, полувздох, полустон, в широко открытых глазах отразились страх и недоумение. Как будто он понял, что умирает, но не мог понять, как это возможно, как он может умереть, когда минуту назад он был здоровый и полный сил? Он повернулся ко мне, быстро и мелко дыша, и посмотрел так, будто ждал, что я его спасу.
– Все хорошо, – быстро и возбужденно сказала я, едва понимая, что говорю, и забормотала снова: – С тобой все будет хорошо, с тобой все будет хорошо, с тобой все будет хорошо…
Я протянула руку и потрогала нож в груди. Мои пальцы ощупали его кожу, такую теплую раньше, а сейчас холодную, как океан. Стараясь не заплакать, я задержала дыхание и заставила себя сосредоточиться. Я немедленно должна была сделать что-нибудь, чтобы спасти его! Его кровь – это вода… Его тело – облака… Теперь я умела управлять водой и облаками. Значит, должна суметь и все исправить. Магия и кровь скользили по моим пальцам, но едва я прикоснулась к Тэйну, его пульс пропал.
Я вскрикнула от досады. Почему я не целительница?! Какой тогда толк от моей магии?! Какой толк от того, что я могу управлять небом, ветрами и волнами, если не в силах излечить рану от ножа в груди, не могу спасти жизнь человека, которого люблю? Во мне вспыхнул гнев. Я должна была раздобыть лодку и уложить в нее Тэйна – с каждой секундой, проведенной в воде, он терял все больше крови. Но вокруг меня плавали лишь обломки. Останки безнадежно разрушенной «Модены» покачивались на волнах по меньшей мере в двухстах футах от нас. Я опустила руки и принялась водить ими под водой, чтобы притянуть сюда один из вельботов, но как только вода начала бурлить вокруг нас, Тэйн издал крик и скрипнул зубами от боли. Охваченная страхом, я выдернула руки из воды.
– Прости! Прости меня! Я больше не буду так делать!
Его дыхание замедлилось, веки затрепетали. Я схватила трехфутовый кусок дерева и подтолкнула его под руки Тэйна, прямо над черной рукояткой ножа.
– Вот, держись, – прошептала, закинув его руки поверх доски. – Не оставляй меня!
