– Я так понимаю, вы решили уйти из бизнеса по подъему затонувших судов, верно?
– Да. Честно говоря, я немножко выгорела, – ответила мама, положив руки на подлокотники своего стула.
– Тогда с компанией по подъему судов можно ничего не предпринимать. Там работает хорошая команда, и это вполне успешное дочернее предприятие. Если передумаете и заинтересуетесь, просто скажите мне.
Майра кивнула.
– Конечно, скажу. А пока я просто помогу дочери привыкать к европейской жизни и заканчивать школу.
Ханну этот ответ, похоже, удовлетворил, а вот мне стало тошно. Рано или поздно мама уйдет в море на цикл соленой воды, и что мы тогда скажем людям? И еще более важный вопрос – как я справлюсь без нее? Я очень надеялась, что до маминого ухода еще годы.
Остаток встречи мы посвятили подписанию документов и внесению в мое расписание дат различных мероприятий. Когда с этим было покончено, Ханна положила руки на стол и выпрямилась.
– Отлично. Вы готовы встретиться с советом директоров?
Мы согласились, встали и вслед за Марианной двинулись к двери. Она взялась за ручку двери, потом остановилась и повернулась к маме.
– Забыла еще кое о чем спросить. Есть такой человек, Авраам Трусило, куратор одного из музеев Гданьска. Он хочет получить ваше разрешение весной выставить в своем музее артефакты с «Сибеллен». Могу я ответить ему согласием?
Мама рассеянно моргнула, будто успела забыть, что артефакты принадлежат ей, потом осознала, о чем ее спрашивают.
– Да, конечно, скажите ему, что может их взять. Все дальнейшие вопросы об артефактах задавайте Тарге, я хочу передать ей контроль над ними.
– Чудесно! – Марианна что-то записала в своей папке. – Я это отмечу и договорюсь о дате, когда его команда сможет заехать в особняк и забрать вещи, которые нужны для экспозиции.
Мы вышли за Марианной в ярко освещенный коридор и прошли по нему в другой конец здания, а Ханна следовала за нами. Марианна открыла дверь, из-за которой доносился гул голосов, и мы вступили в зал заседаний. Ханна изящно обошла нас и повела нашу маленькую делегацию. Все разговоры немедленно прекратились.
– Антони! – воскликнула я, не удержавшись.
Он стоял у небольшого буфета, на котором булькала кофеварка и высилась пирамида из чашек, и, похоже, беседовал с коллегой, но, когда мы вошли, повернулся к двери.
Покраснев, Антони поднял свою кофейную чашку в знак приветствия.
– Привет, Тарга. Рад снова тебя видеть.
Я подавила желание перепрыгнуть через стол для заседаний, упасть к нему в объятия и покрыть его лицо поцелуями. Останавливал меня только его сдержанный тон и старательно ничего не выражающее лицо. Я успела забыть, как для Антони важно, что о нем подумают коллеги, – ему явно не хотелось нежных приветствий.
– И я тоже, – негромко отозвалась я.
Мама ткнула меня в бок; мне показалось, что я прямо чувствую, как ее трясет от еле сдерживаемого смеха.
– Возможно, кто-то из вас помнит Майру и Таргу Мак’Оли-Новак. Они участвовали в нашем летнем проекте по подводным работам и были на приеме, – сказала Ханна. – И вы все знаете, что они наконец переехали из Канады и будут жить здесь, в Гданьске.
Я не могла оторвать взгляд от лица Антони. Только когда Ханна начала представлять нам присутствующих в зале заседаний людей, я наконец заставила себя сосредоточиться.
– Эрнест Юрак, наш финансовый директор. – Ханна указала на невысокого краснолицего мужчину в костюме, который был ему тесноват.
– Рад познакомиться, мисс Новак. – Рука у него была прохладная и мягкая.
– А это Иларий Осетек, глава отдела слияний и приобретений.
Я пожала еще пять рук, пока мы наконец не добрались до Антони.
– Пана Баранека вы, конечно, помните. – Ханна коснулась его плеча.
Я взяла любимого за руку и уставилась в его светло-карие глаза. Лицо Антони озарила улыбка. Он был ровно настолько хорош и притягателен, насколько мне помнилось, и пальцы у меня задрожали.
– Поздравляю с повышением, – сказала я.
– Спасибо. – Он отпустил мою руку, и мне сразу показалось, что она стала какой-то пустой и холодной. – Как вы обустраиваетесь на новом месте?
Я почувствовала, что все в комнате на нас смотрят.
– Отлично, спасибо. Увидимся позже?
Его лицо и шею снова залил легкий румянец.
– Ну… я уверен, мы еще будем пересекаться.
Ханна стала представлять нас оставшимся членам совета директоров, но я так и продолжала краем уха слушать Антони. Он поболтал негромко с моей мамой, потом она пошла знакомиться с кем-то еще из присутствующих.
Представлением совету директоров наша встреча закончилась, и Ханна нас отпустила до конца дня. Они с Марианной остались – намечалось совещание. Я надеялась, что мы с Антони куда-нибудь ускользнем и поздороваемся как следует, но он тоже был нужен на совещании.
Когда Марианна вела нас из зала, я оглянулась и за стеклянной стеной нашарила взглядом макушку Антони. Он поднял голову и на секунду поймал мой взгляд. Я улыбнулась.
– Я соскучилась, – проговорила я беззвучно.
Он уже опустил голову, но я успела заметить промелькнувшую на его лице улыбку.
