Нас определили в десяток к одному из местных старожилов. Кроме нас четверых в этом десятке пятнадцать ополченцев вооруженных, кто чем. Тут тебе и три карабина СКС, и "Тигр" с навешенной на него оптикой, и охотничьи гладкостволы, и один непонятно как доживший до наших дней, пулемет Дегтярева, который я неоднократно видел в фильмах про Великую Отечественную войну. Закрепились в развалинах, сидим ждем, левее нас, в районе моста несколько раз вспыхивала ожесточенная перестрелка, чуть позже стали слышны минометные взрывы, и опять стрельба из нескольких сотен стволов. Так дотянули время до вечера, смогли передохнуть от всех испытаний выпавших на нашу долю в минувшие дни, и хорошенько подхарчиться из запасов наших новых товарищей по оружию.
Смеркалось, пару раз на правом берегу мелькали вражеские воины, и одного из них, местный охотник-следопыт, которого все звали дед Устин, с одного выстрела снял. Это вроде как обозначил противнику, что здесь пути нет и здесь бродить не надо. Горцы намек поняли хорошо и маячить у нас под носом перестали. Уже в сумерках, на той стороне замелькало что-то белое, по виду полотенце, а затем, появился плотного телосложения солдат в нашем армейском камуфляже, который с поднятыми вверх руками направился к охраняемому нами броду. Приглядевшись, я распознал человека. Это был тот самый старшина из Пятой охранной роты территориалов, который приходил в дом Елены Карповой забирать документы и оружие своих непутевых подчиненных.
- Сейчас я его, падлу эту изменную, сниму, - рядом со мной стоял дед Устин и уже пристраивал на выбитом из стены камушке свою винтовку.
- Погоди дедушка, - я остановил его, - походу свой это человек, послушаем, что скажет.
- Ладно, - убирая свой "Тигр", пробурчал невысокого роста дедок, и отошел в сторонку, - посмотрим, хто енто такой, с белой тряпкой над головой. Однако же, если он вам не нужен будет, мне его отдайте.
Тем временем старшина перебрался на наш берег, оглянулся и, заметив, как из развалин, где мы засели, ему машет головой десятник ополченцев, бегом направился к нам. Территориал заскочил внутрь, и сразу же выпалил:
- Не стреляйте, я сдаться хочу.
- Кто таков? - задал ему вопрос десятник.
- Старшина Приходько, Пятая охранная рота.
- Документы есть?
- Нет, остались в расположении роты, в Новопятигорске.
- Кто твою личность может подтвердить?
- Это действительно старшина из охранной роты, - сказал я.
- Допустим, - не отводя от Приходько своего взгляда, десятник кивнул, и продолжил задавать вопросы: - Как к горцам попал?
- Обычно, - старшина присел на корточки, - как и все. Вчера утром к нам в расположение прибыл комкор Симаков-младший, построил весь личный состав и объявил, что в Кавказском корпусе мятеж, и вскоре, к нам на помощь подойдут союзники с гор. Нам то чего, сказали и ладно, а потом по тревоге подняли и вместе с остальными территориальными подразделениями направили навстречу союзникам. Сегодня соединились, и тут выяснилось, что союзники наши, самые настоящие вчерашние враги, а комкор опять всех построил, и нам зачитали приказ, согласно которому, возрожденный пророк Магомед, назначает его своим наместником на всем Северном Кавказе и Кубани.
Приходько прервался и утер со своего лба пот, а десятник поторопил его:
- И что дальше?
- Принесли присягу на верность Новоисламскому Халифату, вот и все.
- Да, как же ты посмел, сволочь!? - в разговор вклинился дед Устин.
- А что делать было, - старшина всем телом подался вперед, - когда мы в чистом поле стоим, а вокруг "индейцы" с пулеметами позицию заняли. Человек пять отказались, так им головы отрезали, вот и все, а согласились бы, имели бы возможность к своим вернуться.
- Сколько людей Симаков-младший увел?
- Почти тысячу, всех территориалов, минометчиков, несколько десятков штурмовиков и половину батальона ВБР, который в городе стоял.
- А остальные?
- Штурмовики в Иноземцево, под командование Рябова и безопасников перешли, а каратянцы где-то в горах сидят, ни за кого воевать не хотят, и еще во время ночного перехода от общего строя отделились.
- Сам-то, как сбежал?
- Нашу роту на том берегу поставили, следить, чтоб ваши диверсанты в тыл не перебрались. Я к командиру роты переговорить подошел, чтоб, значит, к своим вернуться. Он меня поддержал и к вам отправил, а сам пятерку "индейцев", что за нами присматривает, отвлекал.
- И что, вся ваша рота готова обратно вернуться?
- Вся, - закивал головой старшина. - Служить южанам, это не для нас. Мы хоть и не святые, но у нас дома семьи остались, хозяйство, да и понятие Родина, для многих не пустой звук.
- Раз так, то нормально, - одобрил слова территориала десятник и, оставив вместо себя деда Устина, умчался на доклад к начальству.
