Ротный направился к компу Эдика, воткнул флэшку в разъем, и принялся просматривать находящуюся в нем информацию, которой оказалось почти четыре гигабайта. Бабуля уволокла своего внука в угол и что-то ему объясняла, а я присоединился к своему командиру.
Большая часть залитой в накопитель инфы была военными картами Северо-Кавказского Военного Округа, с обозначением всех важных до Хаоса объектов и инфраструктуры, а все остальное, самой обычной канцелярщиной, военными планами, приказами, списками и инструкциями. Прикинув, какую пользу из всего этого можно извлечь, пришел к выводу, что цена, которую просит старуха, вполне приемлема. Уставы и инструкции, барахло, конечно, но по ним можно определить точное местоположение военных частей и складов, опять же карты имеются, и если заниматься конкретно поиском и вскрытием наследия древних, то вполне может так случиться, что будет найдено что-то стоящее и уцелевшее до наших дней. Минут двадцать мы не отрывались от монитора, и бегло просмотрели не более трети всего, что было на накопителе.
- Командир, - обратился я к капитану, - что решил?
Оглянувшись на Эдика и его бабушку, все так же увлеченно о чем-то разговаривающих, он ответил:
- По-хорошему, эту флэшку надо нашим генералам отдать. Здесь самые подробные военные карты на момент прихода чумы, а самое главное, координаты командных пунктов и заглубленных подземных бункеров. Большая часть была разграблена еще в перестройку, остальное в смуту, но что-то все же должно было уцелеть. Можно было бы и самим заняться разработкой такой жилы, но что хотели, мы уже нашли и жадничать не стоит, а то погорим.
- Я так же думаю, командир, но Эдика сдавать не хочется, у него ведь все его богатство отберут, а потом и у нас. Давай выкупим у бабули носитель, инфу себе перекопируем, хоть прямо сейчас, а саму флэшку сдадим в Генштаб, да и всех делов. Вроде как случайно, еще в Новороссе, нашли. Тем более что как я в СБ слышал, там месяц назад отдел создали, который компьютерами и информацией занимается. Если там специалисты хорошие, то быстро разберутся, что к ним в руки попало.
- Пожалуй, так и сделаем, - согласился капитан, - прямо сегодня, пока к себе не уехали, заедем в Генштаб и передадим носитель в этот самый отдел. Доставай опять свой ноут и информацию копируй, а я пока с бабулей расплачусь и с внуком переговорю, чтоб помалкивал о том, что мы у него были. Ничего противозаконного мы не делаем, но лишний раз светиться, никакого интереса нет.
- Это правильно, - пробурчал я и принялся за дело.
Еще через два часа, мы снова были в центре города, всего в одном квартале от Серого Дома и Президентского Дворца. Перед нами возвышался еще один новострой последнего десятилетия, шестиэтажное монументальное здание Генштаба. Капитан направился внутрь, а я прогуливался возле машины, и тут, едва не сбив с ног, на меня налетела молодая, и чрезвычайно красивая женщина. На вид, чуть старше двадцати лет, шатенка, черты лица мягкие и округлые, одета в свободный сарафан светло-голубой расцветки, что по летнему времени очень кстати, на ногах дорогие кожаные сандалики, а на плече стильная сумочка. Вот и все, что я успел выхватить из ее облика, в самый первый момент.
- Ой, извините, - сказала она мягким бархатистым голоском, который показался мне очень знакомым.
- Ничего страшного, случается, - мой ответ был учтив, короток и нейтрален.
- Марина Алексеева, - представилась она.
- Александр Мечников.
Женщина поморщилась и спросила:
- Вы не узнали меня?
- Нет, - пожал я плечами, - вроде бы, впервые вас вижу. И честное слово, если бы я был с вами знаком, то в любом случае, не смог бы вас забыть.
Она засмеялась и представилась еще раз:
- Я Марина Алексеева, специальный корреспондент радио "Голос Столицы". Неужели вы не слушаете наши радиопередачи? Обычно, если не меня, то мой голос узнают сразу же.
"Конечно же, вот откуда мне ее приятный голосок знаком", - подумалось мне и, сделав виноватое лицо, я ответил:
- Извините, Марина, разумеется, голос ваш узнал, конечно же, но никак не мог предположить, что самая популярная журналистка Конфедерации может вот так, без охраны, гулять по улицам столицы. Слушаю только ваше радио, большой ваш поклонник, но человек я дикий и в столице бываю нечасто.
- Понимаю, - она кивнула на нашивку, красующуюся на левом рукаве моего камка, - спецназ.
- Ну, почему сразу спецназ? - постарался я принять самый простецкий вид. - Нашивка это только обозначение того, что я гвардеец из Четвертой бригады.
- Не-е-ет, - протянула она, - меня не обмануть. В своей профессии я мастер, и сразу вижу, кто и откуда.
- А если честно? - улыбка покинула мое лицо, и на всякий случай я оглянулся, черт его знает, откуда беда нагрянуть может, и то, что Кара назначил награду за мою жизнь, забывать не стоило.
- Если честно, то я была в здании Генштаба, когда ваш командир проходил через КПП, и представлялся дежурному офицеру. Мне подумалось, что было бы неплохо взять интервью у самого настоящего бойца с передовой линии.
- И столкновение на улице, где прохожих раз-два и обчелся, не случайность?
