На пересечение улиц Хуранова и Лермонтова, где была временная база нашего батальона, добрались уже к рассвету. Все парни отправились отдыхать, а мне пришлось на себе тащить пленного старикашку в белых одеждах и с перебинтованной ногой, к комбату. Наш штаб находился рядом, в одном из подвалов и, передав пленного Еременко, я собирался упасть на ближайшее пригодное для сна место и давануть на массу минут эдак триста. Но, человек предполагает, а бог располагает. При комбате не оказалось свободных бойцов и мне пришлось искать переводчика, который должен был присутствовать на допросе «языка». Пока нашел нужного человека, который находился метрах в трехстах от нашего расположения, да пока довел его к штабу, сон как-то сам собой улетучился.
Допрос начали сразу же, отпустить меня забыли, а сам я уходить не стал. Было любопытно, что расскажет пленник и, стараясь не отсвечивать, я тихонько присел в уголке, и стал вслушиваться в разговор иранца и нашего комбата. На мое удивление, весь фанатизм пленника куда-то испарился, и он вполне охотно отвечал на все вопросы, которые ему через переводчика, задавал Еременко.
– Имя, фамилия, звание, должность? – комбат сидел напротив южанина и сверлил его взглядом.
– Духовный руководитель Второго штрафного батальона прорыва, Али Джафар Афками.
– Какие силы сосредоточены для штурма города?
– Точно он не знает, но слышал, что больше пятнадцати тысяч солдат из «Басидж» и почти вся артиллерия Третьей Северной Группы Войск.
– Что такое «Басидж»?
– Это народное ополчение.
– Какие еще силы есть в армии Новоисламского Халифата?
– Кроме «Басидж», которые сейчас составляют основу всех вооруженных сил, есть еще «Кодс», войска специального назначения, направляющиеся к Нальчику, и дивизия «Дух Аллаха», которая охраняет покой и жизнь Возрожденного Пророка.
– Кто командует войсками, штурмующими город?
– Генерал Мохаммед Палави, главнокомандующий всеми силами «Басидж». Он не ладит с другими генералами, в частности с Хусейном Резаи, командующим «Кодс», который подойдет к городу через неделю, и Мурадом Джафари комдивом «Духа Аллаха». Каждый генерал хочет стать самым главным, и именно поэтому Палави не стал ждать подхода подкреплений, а сам попробовал взять город.
– Много ли у Халифата техники и вооружения?
– Да, стрелкового оружия хватит на двести тысяч бойцов, и к нему много боеприпасов. С техникой хуже, но есть полсотни танков, которые они не могут переправить в горы и больше сотни бронетранспортеров. Пока, техника остается в Азербайджане для охраны ставки Возрожденного Пророка, а вся артиллерия или здесь, или в войсках Хусейна Резаи.
– Это все?
– Есть еще по сотне минометов при Первой Северной Группе Войск в Гунибе, и еще столько же в Итум-Кале, при Второй Северной Группе Войск.
– Что он знает о наемниках?
– Трабзонские пираты и наемники подойдут вместе с войсками «Кодс».
Комбат потянулся к столу за папиросой и в этот момент заметил меня. Он недоуменно приподнял бровь, и спросил:
– Мечник, а ты чего тут делаешь?
– Так, вы меня еще не отпускали, – мне хотелось остаться и послушать, что дальше расскажет Али Афками, тем более что была затронута тема наемников из Трабзона.
– На выход, – Еременко махнул рукой в сторону улицы. – Нечего здесь уши греть, отправляйся спать.
– Есть, – ответил я и направился в подвал, отведенный нам для сна.
В подземелье было душно и темно, воняло носками, потом, грязью и подгоревшей разогретой тушенкой из сухпайка. Чтоб обнаружить свободный спальник, пришлось зажечь спичку. Таковой вскоре обнаружился, спать по-прежнему не хотелось, но я все же прилег на него. Только на миг прикрыл глаза, и тут же провалился сон. Отдыхал я спокойно, а наверху в это время вновь начался огневой налет, и боеприпасов, как и вчера, воины Новоисламского Халифата не жалели.
– Наемники! – сквозь дождь, туман и ночную тьму, к позициям противника неслись мои оскорбления, – Вы ублюдки! Твари голимые! Сучары позорные! Я ваш нюх топтал! Козлы!
Рядом со мной остановился Гера, который ходил в обоз, и сказал:
– Мечник, успокойся. Понимаю, что товарищей погибших жаль, но и орать среди ночи в сторону противника, это какой-то перебор.
– Нормально, Гера. Есть желание командира наемников, Кару, на разговор вызвать. С чего-то начинать надо, вот и сливаю на них все, что на душе накипело.
– Комбата извещал, что с врагами побазарить хочешь?
– Да, он не против.
– А мне, почему ничего не сказал?
– Ты в обозе был, а тут так сложилось, что наемники напротив нас нарисовались, и что завтра с утра будет, не понятно. Вот я и проявил инициативу.
– Раз так, тогда давай.
