Я не касаюсь деловых качеств какого-то определенного должностного лица из канцелярии президента. Наш нынешний президент обладает таким огромным военным опытом, какого не имеет никто другой. Однако в будущем нам может не посчастливиться даже в том случае, если наш главнокомандующий будет обладать его военным опытом и его способностью разбираться в военных вопросах. Даже такой руководитель будет нуждаться в советах — хороших, объективных советах по военным вопросам не одного, а всех членов объединенного комитета начальников штабов.
На протяжении всей моей службы мне было ясно, что если нашей основной задачей является поддержание мира во всем мире и предотвращение агрессий, где бы она ни началась, то я должен создать и иметь в полной боевой готовности эффективные вооруженные силы, действительно способные «потушить большие и малые пожары в любом месте, где бы коммунисты ни попытались зажечь их».
Что же предотвращает агрессию? Прежде всего, сила. Реальная сила, о наличии которой должно быть известно агрессору. Пусть агрессор знает, что в случае войны его будущая жертва готова использовать свою силу.
Какие вооруженные силы необходимы нации, полной решимости вести малые или большие войны в случае агрессии?
Ответ прост. Для этого необходимы должным образом сбалансированные вооруженные силы, развернутые в опасных местах по всему земному шару таким образом, чтобы каждый вид вооруженных сил — армия, флот и авиация — в качестве составной части объединенных вооруженных сил мог с наибольшей эффективностью использовать свою огневую мощь. Они должны быть соответствующим образом обучены и вооружены, должны обладать высокой маневренностью и иметь сильные боевые соединения, готовые без промедления нанести удар в ответ на любое вооруженное нападение. Они нуждаются в отличном командном составе.
Создания таких вооруженных сил я и добивался все время, пока был на посту начальника штаба армии. Именно такие вооруженные силы, по заверениям мистера Вильсона, создавал и он. Как на начальника штаба, на меня пал жребий выполнять его волю — вернее, выражаемую им волю правительства. Душевных мук стоило мне выполнение этой воли. Со всей честностью и искренностью я заявляю, что, исполняя в течение двух лет обязанности начальника штаба армии, я чувствовал, что назначен на эту должность для уничтожения, а не создания армии, в конечном счете решающей составной части должным образом сбалансированных вооруженных сил, на которые народы могли бы возлагать свои надежды на поддержание Мира или, если бы разразилась война, на осуществление их воли в отношении тех, кто нарушил мир.
Я повторяю вновь, что вынужден был проводить политику, которая, если она не будет прекращена, может в конце концов настолько ослабить армию Соединенных Штатов, что она больше не сможет играть роль эффективного инструмента национальной политики. Если проведение такой политики будет продолжаться, армия не сможет выполнять свои обязательства перед миром. Она не сумеет тогда добиться того единственного, для чего и существует любая армия, — победы в войне.
Есть слова, которые всегда должны быть в сердце каждого солдата и каждого гражданского лица, располагающего в силу занимаемой им должности полнотой власти.
Эти слова — «успех в бою».
Сущность любой армии, основной критерий оценки ее историей сосредоточены в этой фразе. Армия — боевая организация.
Что же представляет собою победоносная армия?
Это армия, которая знает, что ее командный состав, боевая подготовка и вооружение лучшие из всех, какие только может дать ей страна.
Это армия, уверенная в поддержке народа, из которого она вышла, в своей необходимости, в своей способности встретить любую военную угрозу, откуда бы она ни появилась. Это армия, преданная своим идеалам, армия, которая с негодованием встречает разногласия среди своих руководителей, осуждает и возражает против тенденции лишить военную службу тех неосязаемых вещей, из которых складываются традиции и боевой дух армии.
На протяжении всей моей службы на посту начальника штаба передо мной стояли три важнейшие задачи: во-первых, охранять боевой дух и достоинство армии, которую усилиями сверху постоянно старались поставить в подчиненное положение среди трех видов вооруженных сил, составляющих щит нашей страны; во-вторых, развернуть ее убывающую мощь таким образом, чтобы сухопутные боевые соединения обладали на случай войны максимальной мощью; и, в-третьих, заложить фундамент совершенно иной армии, отличной от всего того, что мы имели до сих пор, — армии, обученной, вооруженной и организованной для победы в атомной войне.
