Проблема снабжения стала настолько серьезной, что пришлось отправиться на поиски вьючных животных. Сама по себе идея была, вероятно, правильной, однако осуществить ее так и не удалось. Правда, мы достали лошадей и устроили самодельные вьючные седла. Но лошади в большинстве своем были крупными, неуклюжими и потому плохо помогали нам на крутых горных тронах. Они скользили, падали и скатывались вниз по склонам, а во многих местах так и не могли вскарабкаться вверх. Поэтому мы были вынуждены отказаться от этих незадачливых помощников и набрать несколько сот местных горцев, которые, переносили тяжелые грузы на спине.
Сейчас я уже не помню, сколько дней потребовалось нам, чтобы пробиться к вершине хребта. Оттуда мы двинулись вниз, легко преодолевая сопротивление небольших немецких заслонов. Наконец, мы спустились в к астел-даммаре и через небольшие города и деревушки, разбросанные вокруг Неаполитанского залива, начали быстро продвигаться к Неаполю, так как сопротивление противника почти прекратилось. Но когда мы приблизились к городу, задерживать пас стало население. Нельзя же давить машиной делегацию, которая хочет произнести речь или преподнести вам цветы, и я не знаю солдата, который не остановится, когда красивая девушка обнимет его и предложит ему стакан вина.
Я решил, что должен принять какие-то меры, иначе мы не успеем прийти вовремя к месту назначения. Остановив дивизию в восьми-десяти километрах от Неаполя, я послал за начальником полиции города. Через два часа он прибыл и получил от меня исчерпывающие инструкции. Я сказал, что улицы Неаполя должны быть совершенно очищены от людей, ибо когда мы вступим в город, мы будем двигаться очень быстро, и всякий, кто окажется на пашем пути — будь то немец или итальянец, может серьезно пострадать. Мы дали начальнику полиции время вернуться в город и выполнить наш приказ, а затем двинулись вперед, В это время к нам присоединился генерал Кларк, и мы вместе въехали в Неаполь, стоя в башне одного танка. С автоматом в руках я охранял генерала — ведь какому-нибудь снайперу ничего не стоило убить командующего армией. Пока он рассматривал город, я не спускал глаз с окон и крыш домов, полагая, что из своего Спрингфильда убью каждого, кто попытается прицелиться в Кларка.
Неприятно было ехать по огромному, словно вымершему городу с миллионным населением. Начальник полиции точно выполнил мой приказ. Все двери и окна были закрыты, и па улицах, кроме наших солдат, не было видно ни одной живой души. Когда мы доехали до центра, на крышах домов послышалась стрельба. Вскоре я установил, что стреляли не в нас. Итальянцы сводили между собою старые счеты, накопившиеся за время немецкой оккупации. Я приказал полковнику Гейзилу, который командовал 505-м полком и одновременно был заместителем командира дивизии, оповестить офицеров дивизии о разделе города на три зоны. Каждый полк должен был отвечать за поддержание порядка в своей золе. Прежде всего нужно было немедленно прекратить стрельбу. Кома шлирам полков следует установить контакт с городскими властями и объявить им, что мы будем па месте расстреливать тех, кто откроет стрельбу. Потребовалась ночь и почти весь следующий день, прежде чем нам удалось, правда, без всяких жертв с нашей стороны, навести порядок.
Осмотрев Неаполь, мы увидели, какой огромный ущерб причинили отступающие немцы этому прекрасному старинному городу. Особенно сильно была разбита гавань. Таких разрушений я еще нс видел за время войны. Все большие храмы были так повреждены, что пользоваться ими стало невозможно. Различные суда — от огромного полузатопленного пассажирского парохода до небольших баркасов — забили гавань.
Крейсеры и эсминцы были затоплены на своих якорных стоянках, и над водой виднелись только верхушки их мачт. Воду покрывал толстый слой нефти.
Так же сильно были повреждены
Саперам был отдан приказ немедленно исправить водопровод, однако первые два-три дня пришлось установить строгое нормирование воды — по одному литру на человека в день. Когда нам удалось, наконец, восстановить водоснабжение, мы позволили людям выйти из домов. В половине пятого утра у кранов выстроились очереди, и целый день длинные цепочки людей стояли там, держа в руках самую разнообразную посуду — от бутылок до ночных горшков. Пришлось восстанавливать и систему канализации.
Немцы не только разрушили город, но и в самых неожиданных местах поставили множество мин-сюрпризов. В общественных зданиях, которыми мы, по мнению немцев, могли воспользоваться, были обнаружены мины замедленного действия со сложными часовыми механизмами; они вызывали взрывы в период между пятью минутами и 72 часами после их установки.
