Солдат полностью

Я чувствовал тогда и теперь думаю точно так же, его наземные войска в этой операции действовали непростительно вяло. Если бы высшее руководство действо-зало более энергично, оно бы выдвинуло вперед бронетанковые части. Из-за отсутствия же такого руководства 1-я английская воздушно-десантная дивизия, сброшенная за Рейном, была почти полностью уничтожена. Ее сопротивление под Арнемом было не только памятником античной доблести, по и свидетельством человеческой слабости, неспособности нанести удар решительно и смело. Основные цели операции достигнуты не были. Отрезать главные силы немцев в Голландии не удалось, и их фронт стабилизировался.

82-я и 101-я воздушно-десантные дивизии оставались за передовых позициях до конца ноября, когда они были этведены с фронта и вернулись под мое командование. В бою они находились 58 дней и потеряли 658 человек убитыми, 1796 ранеными и 80 пропавшими без вести. Для отдыха и пополнения они были переброшены во Францию — в район Шампани, Мурмелон-ле-Грана, Еюипа и Реймса.

В то время мой штаб был разделен. Передовой командный пункт находился во Франции при 82-й и 101-й тивизиях, а главный командный пункт — в Англии, где троходила боевую подготовку 17-я воздушно-десантная цивизия. И вот 18 декабря в два часа ночи в своем штабе в Мидленде я получил сообщение по телефону из Франция о том, что немцы большими силами прорвались з Арденнах. Началось сражение за так называемый «Арденнский выступ».

Это сообщение было получено с командного пункта 1-й армии генерала Ходжеса. В нем говорилось лишь с том, что генерал Эйзенхауэр вывел 18-й корпус из резерва и что 82-я и 101-я дивизии должны с максимальной быстротой следовать в район Бастони, Там они получат дальнейшие указания.

Получив это известие, я собрал офицеров транспортно-десантной авиационной группы и приказал им приготовить все самолеты С-47. Ранним утром на 55 транспортных самолетах мы вылетели во Францию. Со мной следовала и та часть моего штаба, которая до сих пор оставалась в Англии, — я хотел, чтобы теперь весь штаб находился в районе расположения моих войск. Мы уже давно пристально наблюдали за ходом событий, и я понимал, что это не просто вспышка военных действий или демонстрация. Это было что-то покрупнее. 17-ю воздушно-десантную дивизию Бада Майли я оставил в Англии с приказом как можно скорее следовать за нами.

Мы действовали быстро, и нам повезло. Когда взлетели наши самолеты, с Ла-Манша начал надвигаться густой туман. За последующие двое суток ни один самолет не смог подняться с английских аэродромов. В этом тумане мы летели через Францию к Реймсу. К счастью, самолет вел замечательный летчик, мой личный пилот полковник Дж. Браун. Каким-то чудом, или благодаря шестому чувству, или еще чему-то, он сумел точно выйти к Реймсу, хотя у нас не было ни связи с землей, ни радионаведения. Город лежал внизу, под покровом низких облаков, и когда мы пробились сквозь них, я увидел в окно быстро промелькнувший шпиль церкви. Самолет шел значительно ниже его верхушки.

Мы приземлились на заброшенном поле, и я немедленно направился на автомашине на свой передовой командный пункт. Офицеры были в замешательстве главным образом, я думаю, из-за потока срочных бумаг от вышестоящих штабов, которые настаивали на скорейшей переброске двух американских воздушно-десантных дивизий к бреши, пробитой немцами в линии нашего фронта. Едва я вошел в помещение командного пункта, мой начальник штаба Д. Итон передал мне телефонную трубку. На проводе был начальник штаба 1-й армии генерал Кин. Он передал устные указания генерала Ходжеса, который предложил мне сделать все возможное, чтобы быстро ввести мои дивизии в бой.

Во исполнение этих указаний я отдал несколько распоряжений. Однако мысли мои занимал один вопрос. Во всей этой суматохе, поднятой вокруг немецкого наступления и наших оборонительных мероприятий, самой необходимой, на мой взгляд, была подготовка плана нанесения сильного контрудара к тому моменту, когда прорыв немцев будет ликвидирован. В то тяжелое время едва ли кто-нибудь думал о наступлении. Однако мои соображения были просты: если человек неожиданным ударом сбивает вас с ног, вы должны немедленно вскочить и перейти в контрнаступление — иначе вы побеждены.

Как только мок приказы были разосланы, я отправился в районы расположения 101-й и 82-й дивизий. 82-я дивизия уже выступила, а последние подразделения 101-й дивизии покидали свой район. Выждав, когда отправился последний батальон, я выехал сам. Поездка была не из приятных. Нам удалось добыть несколько древних крытых грузовиков военного образца. Сквозь моросящий холодный дождь и густой туман, плотный, как дым, ничего не было видно. В любую минуту мы могли наткнуться на немецкий патруль.