— О! Я слышала о вас! – улыбнулась девушку, – подождите секунду, — она развернулась, стала рыться в бумагах, стопками лежащих на большом стеллаже у задней стены.
Черная юбка аппетитно облегала широкие бедра и округлую попу. Я уставился девушке пониже спины.
Мы находились в большом кабинете судебной канцелярии. Тут было много офисных столов, всюду сновали клерки, перенося туда-сюда стопки бумаг, ругаясь с посетителями суда.
– Вот ваше дело.
Девушка заставила меня расписаться в нескольких местах, в том числе и в заявлении, о том, что ни я, ни мой род, не будет иметь никаких претензий к судебным органам, в случае смерти. Я расписался, иронически усмехнулся.
– Вам нужно время на подготовку?
– Переодеться бы.
– На цокольном этаже есть закрытые комнаты для сторон. Можете сделать это там.
Я кивнул и отправился вниз. Зашел в комнату. Облачился в броник, шлем, нацепил тактические перчатки, приладил поперек груди, рукоятью к правой руке, ксифос.
Вышел в широкий полутемный коридор с мерзкими бежевыми стенами. Ориентируясь по указателям, направился к арене.
Вышел в большой холл, предшествующий выходу на арену. Осмотрелся. Встретился взглядом с принципом Лариной. Она и ее ксифоманты, сгруппировались у большой колонны, у входа на зрительскую часть арены. Принцип улыбнулась, показала мне большой палец, я кивнул в ответ.
Но это было не все. Видел я здесь и старика-биомантка Суриева в сопровождении его змеедевок. На удивление он хорошо поработал над девушками. Их лица приобрели почти человеческий вид, чишуя исчезла, ее место заняла человеческая кожа, на головах отрасли пышные волосы, только почему-то зеленые.
Впрочем, это делало их очень привлекательными. Одетые в обтягивающие по фигурам темные вечерние платья, они следовали по обеим сторонам биоманта. Старик держал девушек за талии, время от времени опуская руки к шикарным задницам.
Справа, увидел пироманта-кузница Сараева. Одетый в богатый фрак, с ярким красным кушаком и пряжкой в виде пламени, он с кем-то весело болтал и смеялся.
Игнат, в компании Морды и Пятнистого, одетые в красивые брючные костюмы, прилепились у стены, рядом с выходом на второй этаж. Игнат хмуро посмотрел на меня. Мы встретились глазами, вызова я в них не увидел. Лишь безразличие, возможно напускное.
Я двинулся к выходу на арену и встретился глазами с навигатором Смолиным. Одетый, как нормальный человек, в дорогой костюм красивого винного цвета, он выглядел нарядным. Мы поздоровались.
Внезапно, на глаза мне попался Свят. Он был в форме ксифомантов, спускался со второго этажа. В руке висела большая сумка цвета хаки.
Я улыбнулся ему, приветливо поднял руку. Он не ответил. Взглянув на меня как-то равнодушно, быстро зашагал прочь.
Я сжал губы, хмуро посмотрел ему вслед. Это был недобрый знак.
– Встать! – сказал в микрофон судебный администратор, – суд идет!
На большую трибуну, возвышающуюся над полем арены, прошли и сели трое судей. Двое престарелых мужчин и женщина средних лет. Одетые в скромные черные мантии, они выглядели строго и озабоченно смотрели на меня.
По обеим сторонам, также на возвышении, находились трибуны. Они были заполнены людьми под завязку. Большой стеклянный потолок с толстыми металлическими перекрытиями давал бы много света арене, если бы не вечерние сумерки. Горели большие прожекторы, установленные на потолке.
Я чувствовал волнение. Утром, днем, и даже перед самым судом, я совершенно не волновался. Это было странно. Я и в обычном, городском суде никогда не был, а тут сословный…
Но когда дело подходило к поединку, мерзкие слизни волнения стали ползать по моему нутру. Конечно, внешне я не выдавал своих чувств. Противник не должен видеть, моего волнения.
Тем не менее, на фоне нервов, повреждения на моем теле заболели с новой силой.
Ныли заживающие раны, оставленные мне криомантом Волком. Неприятно саднил шрам на груди. Сильнее всего не давала покоя рука. Я попытался абстрагироваться от боли, сосредоточившись на сражении.
– Уважаемые Господа, – старческим голосом начал председательствующий судья, слушается дело, Сергея Петровича Дюраана, из ордена биомантов, к Станиславу Васильевичу Малинину, о защите чести рода. В рамках процедуры сословной медиации, стороны решили избрать путь кровной мести и решить дело поединком.
Молодая секретарша, быстро-быстро перебирая ножками на каблучках, украдкой подбежала к судье, что-то шепнула ему на ухо. Также быстро убежала.
– Ах да! – сказал судья. Сегодня наше открытое судебное заседание посетил сам магистр ордена ксифомантов, – судья указал рукой, – здравствуйте, многоуважаемый Владислав Иванович.
Я обратил взгляд туда, куда указывал председательствующий.
Магистром ордена оказался высокий, но очень худой старичок, одетый в богатый синий мундир с аксельбантом и золотыми эполетами. Короткие седые волосы на голове, бакенбардами, переходили в аккуратно подстриженную бородку. На красивом лице патриция читалась оживленность и энергичность. Он быстро встал, поклонился судье, потом раскланялся собравшимся зрителям.
