– А я была ему так благодарна. Ему, всем этим людям, которые спасли меня, заботились, выходили. Они бы рисковали собой, спасая меня, чтобы переправить в Советский Союз, зачем, ведь врага можно бить всюду. Всюду можно сражаться с фашизмом. Гитлеровец, убитый здесь, никогда не ступит на советскую землю. Вот так я думала. А еще думала, поверят ли мне, что я случайно, по трагической случайности осталась в Югославии, а не умышленно, не была завербована гестапо, а потом не гестапо ли меня отправило в Советский Союз, чтобы я работала против своей Родины. А когда поняла, что ничего такого со мной не произойдет, я просто решила, что здесь мое место, что я тоже солдат-интернационалист. Как наши ребята до войны сражались в Испании против фашистов. Ну вот и я так же. Так и нашла себя и свое место на войне.
– Ну, что я могу сказать. Вы, Лиза, просто молодец. И Виктор Андреевич может гордиться своей «названой дочерью».
– Ну, вот это моя история, – грустно улыбнулась Лиза. – А вас как сюда занесло? Вы оказались в партизанах?
– Нет, не в партизанах. Именно сюда мы шли целенаправленно. Нас отправили для помощи вашему маршалу. Пойми, что я не могу тебе всего раскрыть. Такая уж у нас секретная работа. Но ты мне сможешь помочь. Дело в том, что мне нужно найти в штабе Броза одного человека…
Лиза опустила голову, и волосы на миг закрыли ее лицо. Сосновский снова подумал, что девушка заплакала, но Лиза подняла голову, откинула волосы назад, и в ее глазах мелькнули озорные огоньки.
– Вы хотели спросить у этого человека, где здесь можно купить лошадей? – спросила Лиза и чуть наклонила голову набок, пристально глядя в глаза Михаила. – Тогда я спрошу, а где же ваши лошади, на которых вы добрались сюда в пятницу?
– Мы добрались не в пятницу, а в субботу, – машинально сказал Сосновский пароль. – Но в субботу у вас ярмарка, и наших лошадей украли цыгане.
– Ну, здравствуйте. – Девушка протянула свою ладонь. – Вот и познакомились. Теперь вы знаете и еще одну причину, почему я не уезжаю на Родину.
– Здравствуйте, Лиза, – улыбнулся в ответ Сосновский. – Я рад, что мы наконец встретились. Времени у нас, насколько мне известно, очень мало. Брозу грозит серьезная опасность. Немцы разработали какой-то хитрый план. В его окружении предатель. Но я очень сомневаюсь, что он нам поверит. Вы здесь свой человек, вам виднее, как нам спасти лидера югославского Сопротивления. Для Красной Армии боеспособность его частей очень важна, как и его командование своей армией. Ставка очень на это рассчитывает при освобождении Балкан.
– Поверит! – уверенно ответила девушка. – Иосип умный человек, он хороший стратег. Он сегодня так внимательно выслушал всех, кто мог дать характеристику событиям в районе госпиталя Рула. Вы потеряли там двоих товарищей, это правда?
– Одного товарища, – вздохнул Михаил. – Хорошего парня. Второй – это я, но я вырвался.
– Пошли, раз нет времени, то и не будем его тратить, – решительно поднялась Лиза. – Только называйте меня по-прежнему Марией, а то я опасаюсь, что Броз и мне перестанет верить. Как у нас говорят? Доверие теряют только раз?
Лиза вывела Сосновского из подвала и пошла рядом с ним, раздавая приказы и задавая вопросы. Она заявила, что этот человек свой и он свободен. Потом Лиза стала расспрашивать про какого-то полковника Готала, но ей ответили, что он, кажется, уехал. Потом они шли по улице, и она снова что-то спрашивала у встречных офицеров. Сосновский терпеливо ждал, и тут Лиза в ответ на чьи-то слова вдруг расплылась до ушей.
– Михаил, ваши ребята нашлись!
– Какие, кто? – забеспокоился Сосновский.
– Ну, трое привезли из госпиталя Пелагею Брозович. Она очень горячо вас защищала и говорила, что вам надо верить. А сегодня утром еще двоих ваших привезли. Они нашли британских убитых парашютистов, и сейчас они в штабе. Пошли туда!
Они свернули к штабу, где стояла машина с опущенными бортами. В кузове виднелись скомканные парашюты. Махнув Сосновскому рукой, девушка взбежала по ступеням и столкнулась на пороге с комендантом.
– Где русские? – с ходу выпалила она. – Русские, которые нашли парашютистов!
– Они русские? – удивился комендант.
– Русские, русские, – рассмеялась девушка и похлопала офицера по плечу. – Они специально прибыли к нам, и им можно доверять. Где они?
– Их там допрашивают. А тела мы положили в коридоре…
– Пошли скорее! – приказала Лиза и поспешила внутрь.
Буторин и Коган вскочили, когда увидели ворвавшуюся в комнату девушку и следом живого и здорового Сосновского. Они обхватили его руками, не веря своим глазам.
– Миша, живой! – вскричал Коган. – Мы уж и не знали, что думать. Мы там снизу слышали такую стрельбу. Думали, не вырваться вам. Митька где?
– Погиб Митя, – опустил голову Сосновский. – Не сберег паренька. А вы-то как?
– Мы все здесь, насколько я понял, – ответил Буторин и подозрительно посмотрел на девушку. – Только вот не верят нам, а мы им подарок нашли.
