А был-то всего-навсего полдень, но вот уже несколько дней они не расставались. День смешался с ночью. Два одиночества встретились, и теперь, счастливые, никак не могли расстаться. Да и не желали этого делать!
Горовец дотянулся до трубки, приложил к уху:
– Алло?
– Горовец? – он даже не сразу узнал голос своего начальника, таким он был встревоженным.
– Я, шеф.
– Включи телевизор, центральный канал, и через пять минут будь готов.
– А что по центральному каналу?
– Включай и одевайся! Отпуск закончен, Горовец!
Комиссар пожал плечами, взял пульт, нажал на кнопку. По первому каналу, после анонса, начинались новости…
– Я сам за тобой приеду, – сказал шеф, – только скажи, куда. Тебя хотят арестовать.
– Арестовать – кто?
Зоя, щурясь, оторвала голову от подушки.
– Секретная служба. Быстро!
– Но за что?
Зоя продолжала сонно смотреть на него, разве что настороженности прибавилось.
– За связь с террористами!
– Бред какой-то…
Горовец едва успел это договорить. Страшный удар опрокинул в коридоре дверь, и через пять секунд в спальне Зои Вайдовой, в ее пражской квартире, в них тыкали стволами пять с ног до головы экипированных в черную броню спецназовцев в шлемах с опущенными забралами. Красные лучики бродили по волосатой груди Горовеца, по плечам и груди Зои, уже сидевшей у спинки кровати, комкавшей одеяло у подбородка.
– Положите трубку, Горовец, – сказал офицер.
– Как скажете, – усмехнулся тот. – Но можно я скажу еще пару слов своему шефу?
– Нет, – отрезал офицер. – Кладите и одевайтесь. Зоя Вайдова тоже.
Спецназовцы немного успокоились – двое голых людей не внушали им опасности. Но перепуганная до смерти Зоя язык проглотила, могла только моргать.
– Может быть, отвернетесь? – попросил Горовец. – Это ради дамы.
– Одевайтесь, – сухо приказал офицер.
Зоя замотала головой:
– Я не буду.
– Да опустите вы стволы, – рыкнул Горовец на офицера. – Девушку напугали!
Офицер кивнул, солдаты опустили автоматы. Горовец наклонился к Зое, поцеловал ее в висок.
– Одевайся. У них такая работа – следить за каждым твоим шагом! И потом, тебе нечего скрывать, ты – прекрасна. Пусть мне позавидуют! Одевайся, прошу тебя, и поторопись…
Зоя, все еще таращась на солдат в черных масках, отыскала белье и стала одеваться под одеялом. В наступившей тишине Горовец прислушался к новостям.
«Экстренное сообщение. В Сербии, в городе Драгове, была разоблачена международная террористическая группировка, – сказала диктор. – Ее руководитель – бывший иллюзионист Константин Остберг…»
– Что? – одевая джинсы, Горовец уставился на экран. – Что?!
А на экране уже показывали обгорающие руины замка, стоявшего на горе.
«Сегодня в полдень ВВС НАТО совершили полную зачистку осиного гнезда…»
– Господи милостивый, Зоя, они все же сделали это, – только и сказал Горовец. – Они сделали это…
А в эти же минуты, под скандинавским городком Гульденштерном, в замке Волчье логово, у камина, на львиной шкуре лежала Каролайн Блэк. Она была обнажена. Темные волосы укрывали густой волной одно ее плечо. Карие глаза блестели.
Каролайн подняла бокал с шампанским:
– Милый?.. Дерик?
Юноша в шелковом халате отвернулся от телевизора, на экране которого дымились руины другого замка:
– Да?
– Шампанское ждет тебя. Мы сделали полдела – уничтожили самого сильного противника. Твоя изобретательность поразила меня! Ты еще страшнее, чем я предполагала…
– Хочешь сказать, что боишься меня?
– Ну, зачем так сразу?
Дерик усмехнулся:
– Почему сразу? Кажется, мы знакомы уже очень давно. Две недели! Или много больше. Главное, ты убедила меня в этом. – В халате, сверкая белыми тощими мальчишескими ногами, теперь он прохаживался по уютной их спальне. Посмеивался. – Поэтому бойся меня, милая Каролайн. Как боялась всегда. Ведь тот мир, в который ты меня ввела, основан на страхе. – Он уверенно обернулся к ней. – Я не скажу, что он мне нравится, но я поверил в него и принимаю таким, какой он есть!
Взгляд его холодных серых глаз сейчас был непроницаем. Что творилось в них? О чем он думал? Опытная женщина Каролайн Блэк, умевшая обволакивать липкой паутиной и жалить, как скорпион, не понимала его. Лишь тогда он таял, когда ее руки касались его тела, когда она была с ним. И потому Каролайн Блэк как можно чаще использовала свое, пусть временное, но превосходство.
– Ты напряжен, Дерик. Выпей со мной. У нас остался слабый противник, но и ему жить – считанные дни. Мы на пути к победе. А пока… выпей со мной.
Но Дерик не ответил. Под пристальным взглядом Каролайн он направился к дверям спальни. Прошел через несколько коридоров, поднялся по нескольким лестницам. И,наконец, оказался в верхней зале башни донжона. Сюда еще не дотянулась рука строителей. Здесь все было как прежде, как и века назад. Темным, мрачным, сырым. Вот и огромный грот в стене – средневековый камин. Когда-то рядом с ним стояло кресло. И рыжеволосый человек в медвежьей шубе, с золотым драконом на груди, ждал известий из пыточной камеры. А потом, когда труп его врага лежал рядом, на полу, он подошел к окну и зарычал, глядя в небо, уже готовое заняться рассветом…
