Утром, по дороге на службу, майор милиции Трофимов любил поразмышлять, в деталях представить предстоящий рабочий день. Сегодня он был под впечатлением вчерашнего письма из мест заключения. Оно вернуло его в прошлое.
…Еще на школьной скамье Андриан Трофимов мечтал поступить в педагогический институт. Но мечте не суждено было сбыться. Вместо института он пошел в военкомат, оттуда — на фронт. И после войны учиться не пришлось. В горкоме партии сказали, что такие, как он, нужны в органах милиции. Человек решительный, волевой и в то же время увлекающийся, он не любил половинчатости, с головой ушел в интересную работу уголовного розыска. И вскоре понял, что здесь тоже нужно быть педагогом.
По роду своей службы ему приходилось сталкиваться с людьми, в воспитании которых когда-то был допущен просчет.
Если молодому деревцу что-то мешает, оно начинает расти вкривь. Не приди ему вовремя на помощь, может совсем погибнуть. Кем-то вроде садовника чувствовал себя Андриан Николаевич Трофимов. Сколько ребят прошло через его руки! Почти все сейчас уважаемые люди. При встрече почтительно здороваются с майором милиции:
— Если бы не вы, Андриан Николаевич!..
Но бывало, что эту фразу несколько переиначивали: «Если бы вы раньше за меня взялись».
«Не понимаю я безусых юнцов, которые бездумно прожигают лучшие годы в попойках, карточной игре, — размышлял старший инспектор. — Ни мечты, ни цели. А причина одна: плохое воспитание в семье, на производстве, отсутствие умного руководителя. Но, с другой стороны, парням по 17—18 лет. Сами должны понимать, что к чему. Правда, некоторые начинают соображать, да поздно. Такого накуролесят, что…»
До слуха майора откуда-то из-за глухого забора донеслось:
— Деньги на бочку, проиграл — плати.
В ответ юношеский извиняющийся басок:
— У меня сейчас нету.
Снова назидательный злой голос:
— «У меня нету»… Тогда нечего было садиться!
Трофимов поискал глазами калитку, нашел, с силой распахнул. Под молодыми тополями, за фанерным столиком сидели трое великовозрастных парней. Позади них стоял подросток. «Да никак это Колька Логин? Значит, его тут обчищают?»
Первым заметил работника милиции парень с нависшим чубом. Он сгреб карты и быстро сунул под стол. «Еще один старый знакомый», — майор милиции узнал в чубатом недавно вернувшегося из мест заключения Николая Кобелева. Кобелев как ни в чем не бывало обратился к сидящим напротив:
— Ну вот, ребятки, покурили и на работу пора. И ты, Коля, иди, да не забудь, о чем я тебя просил.
Парни поднялись.
— А вот и товарищ майор за нами пришел. Заботится, как бы мы на работу не опоздали, — с ухмылкой проговорил Кобелев.
— Развеселый ты человек, Кобелев, — в тон ему ответил Трофимов. — Легко живется с таким характером.
— Это точно, легко. А потому, что совесть моя чиста.
— Даже после того, как ты обобрал этого пацана? — Андриан Николаевич кивнул на Логина. И, не дав опомниться Кобелеву, быстро приказал: — А ну, достань карты!
— Это какие?
— Те, что под столом спрятал.
Кобелев с недоумением обратился к дружкам:
— Ребятки, а разве у меня были карты и я их спрятал?
«Ребятки» дружно протянули:
— Не-ет.
— Ну вот видите, — развел руками Кобелев, — А впрочем, надо посмотреть. Вдруг действительно там карты?
Он нагнулся.
Андриану Николаевичу надоело смотреть на эту комедию. Сдвинув брови, он сурово произнес:
— Не советую валять дурака, Кобелев. Предупреждаю тебя: если замечу еще раз за картами, оштрафую. Идите! А ты, Николай, — сказал Трофимов Логину, — останься!
Парни ушли.
— Садись, — предложил старший инспектор.
— Ничего, постоим.
— Ну-ну, — Трофимов окинул глазами Колю Логина.
Это был не по годам развитый подросток. Крупные руки, широкие плечи, высокий.
— Значит, сколько же ты проиграл?
— Да мы не играли, просто так сидели.
Коля Логин врал, не моргнув глазом, выгораживал своих приятелей.
— И когда ты должен принести деньги? — словно не слыша его, продолжал спрашивать майор.
Колю словно подменили. Побагровев, он от обороны перешел в наступление:
— Я зарабатываю. Хозяин своим деньгам. Что хочу, то и делаю.
— Хозяин? Давай посчитаем, кто хозяин. Сколько тебе лет, Николай? Так, семнадцатый год. А «зарабатываешь» ты, если не ошибаюсь, не больше пяти месяцев. Зарплата у тебя, поскольку ты ученик, 30—35 рублей в месяц. Итого ты в своей жизни своим трудом заработал от силы 150 рублей. А за шестнадцать лет родители и государство израсходовали на тебя… На́ ручку, садись подсчитывай!
— Они обязаны.
— А ты что обязан? Или твоя обязанность только в том, чтобы ложкой за столом работать?
Логин провел ребром ладони по горлу:
— Мне ваши нравоучения вот так! Надоело, хочу жить, как нравится.
Разговора не получилось.
«Даже слушать не захотел, — с досадой подумал майор милиции. — А ведь перед тем же Кобелевым уши развесит, не оторвешь. Возле Кобелева всегда какой-нибудь пацан. Надо отдать должное, язык у него подвешен хорошо».
