Однажды в чистом небе появился самолет немцев. Откуда ни возьмись, налетел французский «ньюпор», завязал воздушный бой с немецким разведчиком и сбил его. Немецкий самолет спланировал и сел на чистом лугу, недалеко от окраины деревни. Все побежали к самолету. Ванюша вскочил на Байонета и пустил его во весь мах. И тут он почувствовал, что летит через голову коня. Так он и «приземлился», проехав на животе несколько метров по скошенной траве. А Байонет со стоном поднимался сзади. Ванюша подбежал к нему, вытер ему голову и, опять вскочив на него, поскакал к самолету коротким галопом.
Все же он первым прискакал к самолету и увидел в кабине фюзеляжа рыжего немца в летных очках. Подъехали офицеры из штаба дивизии, окружили кольцом немца, чтобы солдаты не устроили над ним самосуд (а каждому хотелось ударить боша под ребро!), пересадили его в подошедший легковой автомобиль и увезли в штаб. Гурьба солдат, разочарованных тем, что им не удалось поволтузить немца, вернулась в деревню.
Капитан Мачек выстроил первую пулеметную роту и производил смотр. После ее пополнения во взводах было по двенадцать — четырнадцать человек. Капитан остановился перед вторым взводом и задумался. За взводного командира оставался временно сержант Марлен, не отличавшийся особой храбростью, а капитану не хотелось, чтобы подчиненные действовали в бою так же, как их командир. Мачек решил кем-нибудь подкрепить взвод.
— Капораль Гринько, — позвал Мачек Ванюшу.
Ванюша подбежал с левого фланга роты и вытянулся перед капитаном.
— Вам, приятель Гринько, придется перейти в строй: назначаю вас, капораль Гринько, начальником четвертого пулемета, а боевую часть, я думаю, можно передать под командование солдату Кондратову. Правильно это будет или нет, приятель Гринько? — Капитан Мачек вопросительно посмотрел на Ванюшу.
— Правильно, мой капитан, — ответил Ванюша.
— Ну вот очень хорошо, выполняйте! — И капитан Мачек продолжал обходить строй роты.
27 мая 1918 года началось новое наступление немцев под Суассоном. На этот раз они обрушились на французов, как будто хотели уничтожить своего основного противника. В мощном порыве немцы достигли дороги Шмен-де-Деле, а в один день форсировали реку Эна и ее приток Вель и стремительно двинулись на Шато-Тьерри. И опять свое слово должна была сказать марокканская дивизия. 28 мая она была поднята по боевой тревоге, погрузилась на автомобили и на другой день прибыла в район Доммиер, Шоден, Мисси-о-Буа.
Ужасающая картина открылась глазам прибывших. Фронт обороны французов трещал по всем швам. Противник ворвался в Суассон и достиг высот Белле и Бюзанси. Остатки нескольких французских дивизий с большим трудом удерживали западные окраины Суассона и правый берег реки Криз. Медлить было нельзя. Сразу же после выгрузки части марокканской дивизии, еще покрытые дорожной пылью, как мучной пудрой, направились к Суассону, седлая дорогу на Париж. Вскоре позиции были заняты целиком: 1-й иностранный полк расположился на Парижской горе, 8-й полк зуавов — вдоль реки Криз, 7-й полк алжирских стрелков прикрывал Шоден, а 4-й полк алжирских стрелков оставался в резерве дивизии. Артиллерия после семидесятикилометрового перехода на конной тяге расположила свои батареи вокруг Мисси-о-Буа и Кравансона.
А тем временем под давлением превосходящих сил противника дивизии первой линии откатывались и откатывались назад. 7-й полк алжирских стрелков вынужден был последовательно развернуть три своих батальона и двинуть их вперед, чтобы восстановить прорыв на правом фланге 8-го зуавского полка. На рассвете 30 мая вся марокканская дивизия завязала бой, растянувшись на фронте в десять километров между Мерсэн и Во слева и Лешель справа.
Борьба была неравной. С одной стороны наступали три опьяненные успехом немецкие дивизии, поддержанные сильным огнем артиллерии, за ними следовали свежие дивизии, готовые развить успех; с другой стороны — одна-единственная марокканская дивизия, растянутая на широком фронте, за ней — ничего, кроме пустых полей Франции. Катастрофа, кажется, неминуема! И все-таки марокканская дивизия не выходила из тяжелейшего неравного боя, а сражалась с исключительным упорством и доблестью. Ее солдаты и офицеры, подневольные рабы Франции, зажатые в тиски беспощадной дисциплины, совершали чудеса героизма. Несмотря на огромное численное превосходство, немцы не смогли преодолеть оборону дивизии. И не в этом ли было спасение Франции?!
1-й иностранный полк отбивает атаки врага на Парижской высоте. Немцы не могут его сбросить, несмотря на яростный натиск. Одна атакующая волна сменяется другой, а враг не в силах дойти до линии обороны французских войск.
Ванюша прямо с колена наблюдает в бинокль за результатами огня своего пулемета и видит, как падают замертво скошенные цепи немцев в пшеничное поле и больше не поднимаются. Изредка Ванюша подает команды: «Чуть ниже!» или «По кольцу один вперед!»