- Сама не знаю, вырвалось. Наверное, для меня это актуально. Наверное, подсознательно я хочу замуж. Хотя и не люблю стирать, готовить и убирать. Даже за своим мужчиной.
- Я была замужем, – сообщила Марта. – Неудачно.
- Вот! – воскликнула Маша. – Стирала-убирала-готовила.
- Э... временами, – призналась Марта.
- Женщине-«щупачу» трудно найти мужа, – объяснила Оля. – Наверное, потому, что её трудно обмануть.
- Ах, девочки, – приобняла подруг за плечи Маша, – было бы кому обманывать. – И, обращаясь к Оле, добавила: – А насчёт омоложения и оздоровления не беспокойся. Ты и сейчас классно выглядишь, а через пару-тройку дней вообще засияешь. Глаз будет не оторвать.
Они подкатили к машинному залу.
- Всё, приехали, – сказала Марта, сходя с живой дорожки. – Пора забыть о мужчинах и заняться делом.
- Да разве ж о них забудешь? – вздохнула Маша. – Сами в голову лезут. Особенно некоторые. Но я, так и быть, постараюсь.
- Вы, девочки, хоть немного введите меня в курс дела, хорошо? – попросила Оля. – А то я, что называется, из огня да в полымя.
- Обязательно, – пообещала Марта. – С этого и начнём. Заодно и сами... введёмся. Тоже ведь всё больше по верхам скакали...
- Особенно я, – призналась Маша. – Так что давай, подруга, короткую лекцию ты прочтёшь, а мы с Олей послушаем.
- Все трое послушаем, – сказала Марта. – Оскара с нами сейчас нет, но в данном случае Циля Марковна вполне способна его заменить. Главное – правильно сформулировать вопросы.
- Вот ты и сформулируй, – обрадовалась Маша. – У тебя ум математический.
- Первый раз слышу, – усмехнулась Марта. – Но пусть будет так. А у тебя какой ум?
- Художественный, – вздохнула Маша и тут же пояснила: – Это синоним «безалаберный». Видишь, какая я самокритичная?
Они «вырастили» себе кресла, вызвали один большой экран на троих и соединились с Цилей Марковной по голосовой связи.
- Циля Марковна, нам нужна информация по каналам Внезеркалья, – сказала Марта. – Первое: особенности их функционирования, причины, по которым они могут открыться и закрыться. Второе: почему основных каналов только девяносто семь, а тех, что связывают Пирамиду с «живыми» мирами, и вовсе сорок пять? Неужели в целой Вселенной только сорок пять населённых миров? И третье: информация по основным разумным расам. Скажем, первым десяти. Главные критерии – наличие колоний на других планетах и вообще способность к выходу в дальний и ближний космос, знание о существовании альтернативных реальностей и умение пользоваться каналами и тоннелями Внезеркалья, и, наконец, численность. Хотя, нет. численность, пожалуй, во внимание принимать не будем. У нас не перепись населения...
Полковник ФСБ в отставке и глава возрождённого Приказа Павел Илларионович Крамской не выспался и оттого находился не в самом лучшем расположении духа. Вчера в течение ночи он дважды поднимался с постели. Первый раз, чтобы съесть большую столовую ложку мёда (верное средство от бессонницы), и второй – выпить пятьдесят грамм хорошего армянского коньяка (не менее верное средство). Но ни мёд, ни коньяк не помогли, и только под утро полковник впал в беспокойную полудрёму, наполненную мешаниной из обрывков недодуманных мыслей и смутных образов, которую назвать полноценным сном не смог бы самый закоренелый жизнелюб. А в восемь утра пришлось вставать и ехать в Приказ – полковник был убеждённым сторонником дисциплины и не давал поблажек ни себе, ни подчинённым.
Впрочем, Павел Илларионович подозревал, что причиной дурного настроения был не столько недосып – мало ли он в своей жизни недосыпал! – сколько мучительные раздумья и попытки анализа сложившейся ситуации, которым он предавался последние двое суток.
Надо признать, без малейшей пользы для себя и ситуации.
Той самой, над которой, как ему упорно казалось, он терял контроль. И это было хуже всего. Потому что потеря контроля над тем, что ты можешь и должен контролировать, в абсолютном большинстве случаев означает лишь одно: кто-то начинает контролировать тебя.
Он сыпанул в чашку две ложки растворимого кофе вместо обычной одной, бросил кубик сахара, налил кипяток, размешал, сообщил секретарше на ресепшен (личной секретаршей Павел Илларионович обзавестись не успел, да и не был уверен, нужно ли ему это в принципе), что в ближайший час его ни для кого нет, уселся за стол и включил компьютер.
Что я упустил?
Итак, попробуем с самого начала.
Он сделал выбор – ушёл с государственной службы, возглавил Приказ и занялся его возрождением после разгрома, который учинил спецотряд КГБ из той альтернативки, где работал Стражник-полевик Мартин Станкевич.
Сделать это оказалось не очень трудно. Его нового прямого начальника в ФСБ гораздо больше занимали собственные карьерно-политические игры и – куда ж без этого! – карманы, нежели странные взбрыки подчинённых, уходящих на пенсию в сорок пять лет с хорошего, насиженного и хлебного места. Пусть и в бизнес. Потому что, как известно, никакие деньги не заменят сладкий вкус государственной власти. Слово и дело. Так было, так есть и так будет.
