У меня множество поводов для таких сожалений. А у нее, не сомневаюсь, еще больше. Потому что ей приходилось отказываться от чего-то гораздо чаще, чем мне.
Мимо нас, пыхтя, протопал Лозан Лебедь, на ходу съехидничав насчет стариков, которые всех задерживают. Я спросил:
— Ребята, вы присматриваете за Гоблином?
— Он и пернуть не может, чтобы мы об этом не узнали.
— Ну, уж это однозначно. Об этом вся округа сразу узнает.
— Мы не дадим ему ничего устроить, Костоправ.
А вот в этом я не был уверен. Гоблин — скользкая мелкая сволочь. Будь у меня время, я бы сам шел рядом с ним, след в след.
— Гоблин не сделал ничего подозрительного, — сказала Госпожа.
— Знаю. Но еще сделает.
— И такое отношение начинает вызывать определенную симпатию к нему. Думаю, тебе следует об этом знать.
— Знаю. Но и предупреждение Одноглазого я тоже забыть не могу.
— Ты сам говорил, что Одноглазый попытается насолить ему даже из могилы.
— Да-да. Попробую относиться к нему проще.
— Нам нужно идти чуть быстрее. — Арьергард уже почти поравнялся с нами.
— Мы можем отстать и шмыгнуть куда-нибудь между скал.
— Значит, ты устал меньше, чем думаешь. Давай топай. — Через секунду она добавила: — Поговорим об этом вечером.
Вот у меня и стимул появился.
Пока Могабе удавалось сдерживать худшие реакции в том бурлящем котле слухов, в какой превратился Таглиос. Его наиболее полезным инструментом стала тщательно подбрасываемая полуправда. Его агенты не отрицали, что на юге происходит нечто серьезное и опасное. Однако они намекали, что это нечто вроде бунта, поднятого смутьянами из Страны Теней, которые поддерживали Черный Отряд во время кьяулунских войн. И теперь они эксплуатируют эту связь с прошлым, пытаясь запугать своих противников и подбодрить друзей. А никакого Черного Отряда больше нет.
Слухи еще не обнаружили Прабриндраха Драха и его сестру. А когда такие слухи начнут циркулировать, Могаба подбросит намек на то, что это самозванцы.
— Все идет даже лучше, чем я ожидал, — сказал верховный главнокомандующий Аридате Сингху, — Никто из командиров гарнизонов не отказался выполнить приказ и вывести войска на марш. И лишь горстка верховных жрецов и аристократов изображает нейтральность.
— Хотел бы я знать, сохранится ли такое положение вещей, если мы потеряем Протектора.
Могаба уже некоторое время сам пытался найти ответ на этот вопрос. У Прабриндраха Драха пока не имелось законного наследника. Его единственной живой родственницей была сестра, которая годами фактически, хотя и неофициально, правила Таглиосом и его вассалами. В какой-то момент она даже провозгласила себя преемницей брата на троне. И хотя местная культура не признавала женщин-правителей, ей вполне могут позволить снова взять бразды правления, если брат умрет раньше нее. Но никто не знал, что будет, если брат и сестра умрут вместе — а ведь большинство населения верило, что их уже нет в живых.
Нынче этот вопрос стал лишь исключительно интеллектуальным упражнением. Власть в Таглиосе принадлежала исключительно Протектору.
Могаба никогда не заводил свои вопросы дальше чисто предположительного уровня. И никто из отвечавших ему не мог заподозрить их глубинный смысл. Никто также не вызывался добровольно поучаствовать в попытке свержения Протектора, хотя ни для кого не было секретом, что практически все жители Таглиоса предпочли бы обойтись без Протектората Душелова.
Связь с ней оборвалась. Воронья популяция страны драматически снизилась, и до сих пор оставалось неясным — то ли из-за болезни, то ли из-за действий врага. Численность ворон уменьшалась десятилетиями, пока убийства в дикой глуши практически не прекратились. Летучие мыши не могли доставлять длинные сообщения. Совы не желали. И никто в Таглиосе не мог общаться с Тенями. То был воистину редчайший талант, а Черный Отряд, когда еще обладал здесь определенной властью, полностью уничтожил братство тех, кто этим умением обладал.
Душелов прошлась частым гребнем по Стране Теней, откуда такие люди были родом. Вдоль и поперек. Она смогла отыскать лишь нескольких старух и совсем маленьких детей, переживших все войны и напасти. Они не имели никаких родственников на юге, они не жили здесь до появления Хозяев Теней, а между собой хранили древнюю легенду о том, что пришли сюда из совершенно другого мира. Эти старухи и малышня не имели ни полезных знаний, ни талантов.
Когда обязанности позволили выкроить немного времени, Могаба прошел по главной дороге от дворца к южным городским воротам. Стены в Таглиосе строились десятилетиями, оставаясь незавершенными, но комплекс южных ворот, самых главных, уже давным-давно был завершен и действовал. Пустив поток путников через его бутылочное горлышко, государство собирало налог со всех входящих в город.
