После встречи с Ромой у школы я начала постоянно искать повод, чтобы связаться с ним. В этом неплохо помогал Вадим. Ну, как, помогал. По своему желанию он бы явно не стал этого делать, но я находила, за что зацепиться.
Я выдумывала разные события в качестве поводов, чтобы набрать выученный наизусть номер и слушать знакомый голос. Он и сам стал звонить мне каждый вечер. Поднимая трубку, я как будто оказывалась там, на качелях, у моря, в самом центре моего детского, нежного лета.
И вот в одном из таких разговоров, когда я лежала на ковре в своей комнате и изучала завитки на большой золотисто-розовой люстре, Рома произнес роковую фразу во второй раз:
– Давай завтра увидимся.
– Нет, в кино не пойду, – мы засмеялись.
– Да уж, кино не твой конек, – парень поддержал шутку. – А куда хочешь? – это он спросил серьезным голосом.
– На море.
– Зимой?
– Почему нет?
– Я не сказал нет, просто интересно, что со снегом делать будем?
– Наслаждаться…
– Знаешь, пол года прошло, а ты все та же.
– Это плохо?
– Нет. Мне нравится ребенок в твоей душе.
– Хватит насмехаться, – я улыбнулась.
– А я это серьезно. Так что, когда идем на море?
– Я могу только после школы, – я перевела взгляд на свои настенные часы, которые скорее напоминали блюдо из старинного сервиза, отсчитала время и добавила, – в половину третьего.
– Тогда в половине третьего на море? Спустимся на пляж возле парка?
– Да, – ответила я на оба вопроса сразу.
– Отлично, тогда до завтра. Надеюсь, ты не спланируешь побег, – Рома снова смеялся.
– Надеюсь, – смутилась я.
На следующее утро я собиралась в школу дольше обычного. Я даже попросила у Наты тушь для ресниц, чем заслужила ее одобрение.
Сестра знала обо всем, что я запланировала на время после школы.
– Нат, сможешь пойти домой с Вадимом? Я позже вернусь.
– Понятное дело, говоришь очевидные вещи, – сестра улыбалась и укладывала челку у зеркала.
Как у нее так ловко и быстро это получалось?!
Я подошла к ней и встала рядом. Да уж, моя челка, как всегда, не собиралась стать изюминкой моего образа. Или собиралась? В плохом смысле этой фразы.
Я схватила расческу с туалетного столика и несколько раз провела по непослушным волосам. Они не изменили своего положения. Что ж, я пыталась.
Я отошла к другому зеркалу. С помощью яркой резинки на моей голове образовался нелепый пучок на затылке.
– Ты серьезно? – Ната отключила рычащий фен и развернулась в крутящемся кресле.
– А что? Все равно ведь шапку надевать! – я развела руками.
– Шапку? – сестра закатила глаза.
– А что? Снег же идет.
– Да хоть град. Сегодня в шапке никак нельзя. Ну, по крайней мере, в половине третьего, – она подмигнула мне.
– А что такого? – Я и правда не понимала, почему сестра так говорит.
– Люба! Что такого? Ты меня удивляешь! Ты бы еще с собой Булочку для поддержки взяла и спросила, что такого! – она снова развернулась к зеркалу и стала подводить темным карандашом глаза.
Булочкой звали моего синего плюшевого кролика, с которым я спала. Родственники подарили две таких игрушки мне и Нате еще во втором классе. Сестра давно спрятала своего в шкаф куда подальше и спала исключительно с мобильным телефоном, а мой все еще занимал почетное место на моей подушке.
– Не смешно! – я еще раз взглянула на себя.
– Нат?
– М? – сейчас она издавала только звуки. Вообще во время макияжа ее лучше было не трогать, но мое терпение сегодня покинуло меня.
– А дашь свой блеск?
– Какой? – сестра не отрывалась от своего левого глаза.
– Для губ, какой еще.
Ната убрала руки от глаза и обернулась на меня.
– А что, поцелуев не предвидится? – она засмеялась.
– Каких поцелуев, Нат! – я уже начинала обижаться из-за ее подколов.
– Ну как каких, у вас же свидание или что? Тебе пятнадцать лет, даже с половиной, – сестра снова засмеялась, – можно было бы уже и попробовать.
Я приподняла бровь и сделала вид, что меня это не задело.
– Блеск дашь или нет?
– Да бери на здоровье, чего спрашиваешь, – теперь она приступила к правому глазу.
– Люблю тебя, – я сунула блеск в карман джинсов и пошла завтракать.
– И я, – пробубнела себе под нос сестра, но я этого уже не услышала.
За завтраком я представляла себе, как пройдет наша с Ромой встреча на этот раз. Это будет первое свидание наедине. Да это вообще будет первое свидание в моей жизни. Или это не свидание? Наверное, все-таки нет, мы же друзья, да? Или нет…
– Люба, чего не ешь? Опоздаешь! Где Ната? – мама задала эти вопросы и, как всегда, выбежала в кухню раньше, чем я успела на них ответить.
Передо мной стояла тарелка с омлетом, бутерброд с сыром и чай. У ног лежал черный скотч-терьер – наш домашний любимец, а в огромном аквариуме плавали огромные рыбы. Иногда мне казалось, что настанет момент, когда нам придется выпускать их в открытое море, потому как помещаться в своем стеклянном дворце они перестанут. Надо бы, кстати, протереть стекла и почистить камни. На выходных сделаю.
Я стала размешивать сахар в чае, хотя была уверена, что это сделали до меня. Мама вообще многое делала за нас с сестрой. У нас было все, о чем может мечтать подросток.
