Не ходят, так не ходят, оставим озеро на потом. Сейчас главное обустроиться и обезопасить себя от неожиданных вторжений. Хотя, сказывается такое впечатление, что в эту глушь по своей воле вряд ли кто отправиться. Видимо, именно поэтому усадьбу до сих пор не разграбили, хотя для обычного обывателя ценностей там предостаточно.
Григор доел оставшиеся лепёшки и засобирался домой. Я проводила его до хозяйской усадьбы, во-первых – чтобы убедиться, что он действительно ушёл, к тому же мне всё равно было нужно проверить свой дистиллятор, забрать переработанную воду и налить свежей.
Когда вернулась, первым бабулиным словом было:
- Ушёл?
- Ага.
- Как же он меня напугал!
Оказывается, не только я беспокоилась о нашей безопасности, бабушку это тоже сильно волновало. И тогда я решила показать ей шкаф с оружием.
На удивление она восприняла наличие оружия очень буднично. Любая знатная семья держала в доме парочку ружей, охота тут была одним из самых популярных развлечений.
Зато у нас теперь есть место, куда можно спрятать самые ценные вещи. Шкатулка и серебряная посуда потеснила коробки с патронами.
- А где остальное?
Оказалось, бабушка не придумала ничего лучше, чем спрятать канделябры и другую утварь под кровать.
Кстати о кровати: мне нужен новый матрац и подушка. Те, что оставались в хозяйской усадьбе, были настолько ветхими, что нести их в дом не имело смысла. Проще сделать новые.
Остаток дня, пока совсем не стемнело, мы с бабулей шили наматрасник и наволочку. Несмотря на монокль, с иглой она управлялась намного ловчее меня. Мои же познания в швейном мастерстве были, можно сказать – нулевыми и это снова вызвало у неё новые подозрения.
- Ровнее стежок, аккуратнее. У тебя раньше отлично получалось, - заметила она.
- Устала, натаскалась, аж руки дрожат, - отболталась я, показывая подрагивающие от усердия пальцы.
Уф, вроде поверила!
Жизнь потихоньку налаживалась. Я уже привыкла, что утром первым делом нужно сходить в сарай за углём. Одна корзина для бабушкиной кухни, ещё одна – для дистиллятора. К утру угли под ним совсем прогорали, зато меня ждал полный кувшин воды и я заводила процесс заново.
Теперь у нас всегда был запас свежей питьевой воды, и уже набралась небольшая горстка чистой соли, но я решила на этом не останавливаться. Если хочу развести огород – воды нужно больше. О том, чтобы поливать грядки из колодца, не могло быть и речи. Земля моментально засолиться и станет безжизненной.
Я уже успела их осмотреть. Все грядки были сложены из дикого камня, так же как и сама башня. Кто-то очень давно проделал поистине огромную работу. Высокие бортики защищали грядки их солонцов, не давая перемешиваться с плодородной землёй.
Сейчас все это густо заросло травой, и у меня даже зародилась идея, как можно её использовать. Но это потом, сначала нужно взглянуть на оранжерею.
Лишь подойдя ближе, я поняла, насколько она большая! Жаль, часть стёкол разбилось, возможно, этому поспособствовал ураган, но в тоже время удивительно, как много их уцелело.
Скорее всего, потому что они были очень маленькими и издали походили на мозаику. Я прикинула, что при желании выбитые квадраты можно заделать подручными материалами.
Самое важное, что внутри оранжереи находилась плодородная земля и никакие солончаки ей не помеха!
Я ходила по каменным дорожкам мимо пустых цветочных горшков и кадок. Кое-где в них ещё торчали засохшие веточки и кустики. Когда-то здесь было очень красиво.
В самом центре оранжереи я обнаружила круглый кофейный столик и два плетёных кресла. Похоже, леди Мириам любила проводить тут время. Но лишившись хозяйки, это место постепенно и само умерло.
Проверив землю в горшках, я убедилась, что её не поливали солёной водой. Было бы обидно найти тут сплошной солончак. Но видимо оранжереей так давно не пользовались, что испортить ничего не успели. Это радовало. Осталось только найти семена и можно заняться земледелием.
Я как раз собиралась идти в деревню, нужно раздобыть хлопка для нового матраса. Спать вместе с бабушкой не очень удобно, время от времени она начинала храпеть и я тои дело просыпалась.
К тому же, мне хотелось иметь свой, отдельный уголок, я столько лет жила одна и, признаюсь, привыкла, что никто не претендует на моё личное пространство.
Тем более, бабушка ложилась спать очень рано, а я могла допоздна засидеться, над изучением учётных книг, которые методично изучала в свободное от работы время, ища подсказки тому, что всё-таки тут случилось.
Деревня встретила меня привычной тишиной: не резвились на улице дети, не слышно лая собак, лишь кое-где мелькали в окошках худые лица сельчан, провожающих меня любопытными взглядами.
Интересно, но я до сих пор была знакома лишь с семьёй старосты, да маленьким Давидом. Как-то я упустила это из виду – нужно налаживать связи. Поэтому, заметив колыхнувшуюся в окне занавеску, я сразу начинала приветливо улыбаться и кивать головой.
