Я вновь вернулась к прерванному разговору, вот только выведать мне толком ничего и не удалось, Питер всё больше делал мне различные комплименты да томно смотрел в глаза и наконец, предложил прогуляться.
- Прогуляться?
Честно, я была несколько удивлена, ближе к полудню стояла такая удушающая жара, что выходить на улицу совсем не хотелось. Да и с чего мне гулять с едва знакомым мужчиной, пусть он даже очень хорош собой. Но ради дела придётся.
- Гулять я, пожалуй, с вами не пойду, - подала свой голос бабуля,- отправлю Ульяну, она за вами присмотрит!
Только сейчас до меня дошло, что бабушка старается соблюсти все нормы этикета, не оставляя меня наедине с мужчиной. Помнится, на прогулке с Николасом нас тоже сопровождала служанка, да и в доме мы ни разу не оставались один на один.
Ульяна принесла мне шляпу, чтобы хоть как-то укрыться от солнца. На улице горничная всюду шла следом, под её присмотром мы прошлись до ворот и вернулись обратно.
Тут Питер стал более разговорчивым, хвалился своими успехами в торговле и заключении выгодных сделок.
- Так в каком городе вы работаете?
- Сударыня, я не привык сидеть на одном месте, у меня очень выгодные соглашения со всеми ближайшими городками!
Он остановился и пылко схватил мою руку, прижимая её к своей груди. За спиной послышалось громкое покашливание, это Ульяна давала понять, что не стоит переходить рамки дозволенного.
Руку я убрала, хотя он и пытался как можно дольше удержать её в своей ладони. Спустя несколько шагов он попытался провернуть это ещё раз, но на крыльце появилась бабуля и позвала нас в дом.
Питер сразу погрустнел и, сославшись на дела, быстро откланялся.
Выехав за ворота, он обернулся и, сплюнув на дорогу, зло процедил:
- Карга старая! Нужно от неё как-то избавиться!
- Очень милый молодой человек, жалко не дворянского сословия, - заявила бабуля за ужином.
- Угу, - рассеянно ответила.
Сейчас все мои мысли занимала соль. Джон только что привёз с озера очередную партию. Её разместили на складе, который заполнен уже больше чем наполовину.
Мне бы радоваться, ведь с каждым днём добыча соли лишь увеличивалась. Но меня больше волновал вопрос – куда её сбывать. И хотя Санёк выкупил у меня всю последнюю партию, боюсь, он не успеет распродать её до нашего следующего приезда.
А мне снова нужны деньги.
После выплаты жалования рабочим, у меня опять почти ничего не осталось. А запросы росли. Столько планов – не знаешь, за что хвататься!
Я бы сама проехалась по соседним городкам, предлагая свой товар, только прекрасно отдаю себе отчёт, что в этом патриархальном мире вряд ли кто-то захочет иметь дело с женщиной. С Саньком мне просто неслыханно повезло, но я никогда не полагалась только на одно везение.
Может, по той же причине и Питер лишь делал комплименты, не принимая меня всерьёз. Интересно, он вернётся, как обещал? Может, стоит показать ему хранилище с солью и тогда он поймёт, что со мной можно иметь дело?
Как же тяжело заниматься бизнесом в мире, где женщина знатного сословия даже не может остаться в одной комнате с мужчиной, дабы себя не скомпрометировать.
Я вспомнила те несколько дней в обозе. Там все были равны и всё было намного проще. Проще быть обычной селянкой. Надеть красную юбку и наравне со всеми собирать на лугу травы для чая.
Вот только с деревенской девчонкой тем более никто не станет связываться. Мало того – могут обвинить в краже, а ценный товар отобрать.
Вывод один - мне очень нужны верные люди!
Именно поэтому я с таким нетерпением ждала следующего приезда Питера. И он приехал. К вечеру следующего дня, как раз к ужину.
Джон со своей бригадой как раз разгружали с телеги добытую соль и относили её на склад, а я взвешивала мешки на весах и записывала всё в специальную тетрадь.
Закончив, Джон велел своим парням отправляться домой, а сам решил немного задержаться.
- Хочу с Миколкой увидеться! – пояснил он.
Паренёк к этому времени уже полностью переселился в хозяйский дом, работа с дистиллятором требовала его постоянного присутствия.
- Как он? Справляется? – пробасил Джон.
Микола как раз набирал воду из колодца и мы, не спеша, направились в его сторону.
- Очень способный парнишка, - похвалила я.
Именно в этот момент в распахнутые ворота усадьбы въехала уже знакомая повозка. Мы остановились, наблюдая, как она приближается.
Поравнявшись с колодцем, повозка остановилась, и из неё выпрыгнул Питер. В одной руке он держал чуть подвядший букет полевых цветов, в другой – небольшую корзинку. И то, и другое он вручил мне, со словами:
- Софи! Я счастлив снова лицезреть ваш прелестный лик! Ваш нежный образ лишил меня сна и аппетита! И вот, бросив все дела, я поспешил к вам!
Подхватив мою руку, в которой я держала его же корзинку, он поднёс её к своим губам и словно прилип. Я тем временем успела разглядеть в корзине немного ранних фруктов. Мелочь, а приятно! Да и цветов мне уже давно никто не дарил.
- Кхм, кхм, - напомнил о себе Джон и Питер, наконец, оставил мою руку в покое.
Выпрямившись, он небрежно бросил в сторону стоявшего у колодца Миколы:
- Эй, ты, присмотри за моей лошадью!
