Все они были так уверенны, что семьи спасут их из этого ада. Даже Лиана. Хотя знала, что ее отец простой фермер, который понятия не имеет, как сражаться с солдатами императора, братья и сами были еще детьми, а мать не смогла бы бороться за нее, даже если бы не болела. Но Лиана все равно ждала…
Она закрыла глаза и приказала себе выбросить из головы все мысли о том времени. Лиана, которой она стала, ни от кого и ничего не ждала.
– Могу я к тебе присоединиться?
От удивления она со звонким всплеском вынырнула из воды, быстро нащупала ногами дно бассейна, но не стала стоять по пояс в воде, а присела так, чтобы вода касалась подбородка. Боже, она позволила себе настолько забыться, что даже не заметила, как кто-то вошел в комнату! Увидев, кто ее побеспокоил, Лиана расслабилась.
– Министр Сулейн, – произнесла она. В голосе не проскользнуло даже намека на удивление. – Рада видеть вас, как всегда.
Он усмехнулся и начал расстегивать свою темно-красную одежду.
– С чего вдруг ты сегодня столь формальна?
Она глянула на дверной проем. Он не оставил там своих охранников и закрыл дверь. И запер? С ее места невозможно было проверить.
– Мы одни?
Он кивнул, сбросил одежду движением плеч и ступил в воду. Она уже видела его голым, как и он ее, но с тех пор прошли годы. Давно, когда она жила на третьем уровне, он стал ее другом. Именно благодаря ему она выжила. Единственная из всех тех напуганных девочек.
– У тебя есть своя комната для купаний, Мэддокс, – заметила она, подплывая к нему.
– Да, но в ней не плавает красавица.
Лиана вернула ему улыбку. Мэддокс Сулейн стал министром обороны всего в тридцать два года, двадцать лет назад. Он продержался не только семнадцать лет царствования Себастьена, но и три года изменчивого режима предыдущего императора. Первые несколько лет правления Себастьена оказались беспокойными. Тогда ему не исполнилось и тринадцати, еще не мужчина, но уже и не ребенок, за которого все решения приходится принимать советникам. Жрецы, в то время вовсю, старались манипулировать юным императором, но им никогда не удавалось полностью подчинить его себе. Себастьен всегда был упрямым, независимым и не поддавался чужому влиянию.
В те первые годы несколько министров и генералов, вздумавших манипулировать тринадцатилетним правителем, были казнены или сосланы на тринадцатый уровень. Мэддокс оказался слишком умен, чтобы угодить в эту ловушку.
Он был красивым мужчиной, не слишком высоким, но здоровым и всегда ухоженным. В ярких светлых волосах не виднелось ни малейших признаков седины или залысин, а необыкновенные голубые глаза искрились совсем по-юношески. Он всегда проявлял требовательность в своих сексуальных потребностях, и за прошедшие годы его восхищение женщинами ничуть не уменьшилось.
– Как дела? – спросил он приглушенным голосом, когда Лиана оказалась рядом. Во дворце никогда не мешало проявлять осторожность.
– Прекрасно, – так же тихо ответила она. – А у тебя?
– Я жив, – Мэддокс протянул руку и дружески погладил ее по щеке. – Нынче это настоящий подвиг.
Она понимающе кивнула.
– Зачем ты пришел? Правду, Мэддокс.
Он снова улыбнулся. Эта теплая усмешка пленяла сердца по всему Каламбьяну, вокруг глаз образовались красивые морщинки, придавая ему веселый и безобидный вид. Вот только министр Сулейн, определенно, никогда не был безобидным.
– Я уезжаю в Северную провинцию на встречу со своими генералами.
– Когда?
– Утром. Планирую отбыть на рассвете.
– Почему твои генералы сами сюда не приедут?
– Потому что там сейчас идут сражения, и они не хотят покидать солдат.
Из-за стен дворца война больше казалась досадной неприятностью, нежели какой-то значимой проблемой. Но Лиана очень хорошо понимала о существовании реальной угрозы.
– Мятежники не настолько агрессивны, чтобы возникала необходимость присутствия не только четырех генералов, но и самого министра обороны, – возразила она.
– За последние семь месяцев они стали намного энергичнее и гораздо организованнее.
Лиана покачала головой.
– Убей Эрика и от революции ничего не останется.
Он снова улыбнулся ей.
– Раз ты такой эксперт в войне, наверное, следует сделать тебя генералом.
– Мэддокс, оставь свою снисходительность. Эрик – движущая сила этого безобразия. Убей его, и мятежникам не за что будет бороться.
– Мы бы его убили, если б смогли найти, – он отвел прядь влажных волос с ее лица, нежно, но без сексуального подтекста. – Боюсь, мятежники превратились в нечто большее, чем легкая неприятность. Месяц назад они победили армию, превосходящую их по численности. И что совсем неслыханно – поймали и убили ясновидицу, с которой советовался генерал Корэн, а теперь еще и захватили Северный дворец.
Она выскочила из воды, встав в полный рост.
– Что? Император знает?
Мэддокс схватил ее за руку и потянул вниз.
