***Лорд Чернильных Небес Рэйден Аккрийский
Когда Лорен поцеловала его, Рэй почувствовал себя сошедшим с ума от счастья. Мир вокруг изменился и засиял, как бывало с ним ещё до трагедии и проблемы с оборотом, сердце застучало в груди сильнее. Непозволительную вечность дракон наслаждался теплом, нежностью и страстью, с которой Лорен сминала его губы. Такая маленькая и солнечная, такая грозная и решительная… Такая чудесная и родная.
Но любое волшебство имеет свойство заканчиваться.
«Солнечная», — укорил дракона внутренний голос.
Рэю было плевать на Саяку, он готов и дальше был откупаться от неё драгоценностями. Ему в целом было всё равно на продолжение рода (хотелось бы, конечно, но не в его состоянии выбирать), и он не мог так поступить с Лорен. Это было бы подло и низко.
Одна часть Рэя трепетала от прикосновений яркой зеленоглазой девушки, любящей разгуливать по Харакуну в мужской одежде, а вторая ужасалась тому, что больше всего он сейчас хочет схватить её в охапку и раз и навсегда сделать своей женщиной. К счастью, на последнее у него не было сил — ни физических, ни магических.
«Солнечные люди как дети, они могут выглядеть и казаться взрослыми, здраво и логично рассуждать, но их непонимание мира рано или поздно всплывёт. Категорически нельзя обижать солнечных людей. Тот, кто это сделает, достоин гореть заживо в Низшем Мире, а не уйти на перерождение», — всплыла очередная фраза из энциклопедии, и Рэй с горечью отстранился.
— Лорен, у тебя очень доброе… и солнечное сердце. Но прошу тебя, остановись.
[1] Современные столы котацу помимо покрывала имеют ещё и встроенную систему обогрева под столешницей.
[2] Канзаши — традиционные японские украшения для волос, которые используются для причесок в различных торжественных и культурных событиях.
Лорен
Следующим утром у меня не было никакого аппетита. Я лениво провалялась по крайней мере час после пробуждения, прежде чем заставила себя встать с футона и одеться. Теперь, когда в Харакуне тепло, вскакивать и нестись куда-то, чтобы согреться, не требовалось. В конце концов я всё же надела ставшие любимыми штаны и простую рубашку на запахе, запихнув оливковое кимоно подальше в комод. Не принесло оно мне удачи.
Кое-как умывшись и расчесавшись, я направилась вниз, размышляя, не могу ли попросить на некоторое время Кайто или Сатоши приносить еду Рэйдену в комнату. После вчерашнего видеться с ним было как-то неловко… Да и он, после того как пострадала его гордость на моих глазах, наверняка попытается меня избегать хотя бы некоторое время. Именно в таком настроении я и зашла на кухню, где ожидал внезапный сюрприз.
Рэй собственной персоной в роскошном чёрном кимоно и с собранными в густой конский хвост волосами сидел в инвалидном кресле за высоким столом и аккуратными квадратными кубиками нарезал авокадо прямо внутри кожицы, а затем выворачивал последнюю наизнанку, скидывая получившиеся ломтики во вместительную салатницу. Его ловкие пальцы двигались с такой уверенностью, словно он всю жизнь только и нарезал авокадо. Рядом уже на классическом стуле сидела кокку, выковыривала из панциря мясо краба и складывала в ту же миску. Они о чём-то тихо беседовали и даже не в первую секунду меня заметили.
Стоило Сатоши поднять взгляд, она тут же отставила прибор для чистки краба, сложила руки ладонями друг к другу перед собой и склонилась в поклоне.
— Доброе утро, Лорен-сан. Как здорово, что вы пришли. Я уже ухожу.
— Зачем? — Я ошеломлённо уставилась на суетящуюся женщину, но вместо ответа она лишь проворно переставила кастрюльку с кипящим варевом с печи, ещё раз низко поклонилась — уже Рэю — и шмыгнула за порог.
— Это я попросил её уйти, как только ты появишься, — прокомментировал Рэй поспешное бегство нашего кокку в воцарившейся тишине.
— Зачем?
Вопросы не шибко отличались разнообразием, но я ничего не могла с этим поделать.
— Мне показалось… — Рэй отложил нож и вытер руки полотенцем, — что после вчерашнего разговора ты попытаешься избежать встречи мной. Я специально спустился на кухню, чтобы поймать тебя здесь и поговорить ещё раз… В спокойной обстановке.
Не в бровь, а в глаз, или, точнее, «не в рот, а в желудок» — как любила говорить Сатоши.
— Слушаю. — Я кашлянула и заложила руки за спину, не зная, куда их деть. Тёмный пристальный взгляд изучил меня с головы до ног, а затем Рэй, тоже, видимо ощущая некоторую неловкость после нашего поцелуя, вернулся к процессу искусного нарезания авокадо.
— Тебе очень идёт оливковый цвет, жаль, что сегодня ты не надела то кимоно, — сказал он, когда пауза затянулась.
Я никак не прокомментировала это, ведь вчера я хотела понравиться Рэю.
— Наверное, я должен был сказать тебе, что у меня есть невеста.
— Ты мне ничего не должен.
Я до боли закусила нижнюю губу, чувствуя, как внутри медленно, но верно вновь разгорается вулкан эмоций. Ну не могу я смотреть на мужчину, который мне нравится, и обсуждать его невесту! Что за экзекуция такая? Дайте уйти!
— Гхм-м-м… — Рэй бросил на меня косой взгляд.
