Мать Марты после третьего развода жила в Филадельфии. По словам Марты, время от времени она посылала матери свои фотографии из опасения, что та не узнает дочь, когда она наконец-то соблаговолит вернуться в Америку, и встреча на причале будет не столь радостной, как хотелось бы.
Поэтому Мэнни и Берт, всесторонне обсудив этот вопрос, пригласили Марту в кафе на пьяцца дель Синьория, заказали кофе и выложили ей свои соображения.
– Мы решили, – заявил Берт, Мэнни, сидя рядом, являл собой полное согласие, – что туристическая группа «Брукс-Карбой», путешествующая по Европе без гида, готова использовать тебя в качестве переводчика, советника по отелям и главного дегустатора блюд иностранной кухни. Не говоря уж о том, что нам не помешает женское общество. Мои рассуждения тебя заинтересовали?
– Да.
– Мы хотели бы знать, сможем ли более или менее согласовать наши дальнейшие планы.
Марта улыбнулась:
– У меня план простой – плыть по течению. Разве вы этого еще не поняли?
– Это означает, что ты хочешь поехать с нами? – уточнил Мэнни, который любил полную ясность.
– Это означает, что я очень хочу поехать с вами, и я надеялась, что вы меня пригласите, – ответила Марта. Она одарила каждого равным по продолжительности взглядом, в котором читались радость, благодарность и готовность на все.
– Мы с Мэнни обсудили эту проблему. – Берт вновь взял инициативу на себя. – Я могу доложить тебе результаты. Тут необходимо многое учесть, иначе в недалеком будущем нас будет ждать жестокое разочарование. Мы подготовили достаточно эффективный, по нашему разумению, свод правил, и, если они тебя устроят, завтра мы тронемся в путь. Если же нет – мы отбудем, пожелав тебе хорошо провести время.
– Хватит, Берт, – нетерпеливо вмешался Мэнни. – Совсем не обязательно цитировать преамбулу к Конституции.
– Правило номер один. – Марта застыла, внимательно слушая. – Это основное правило. Никаких любовных романов. Мы с Мэнни – давние друзья, много лет планировали это путешествие, прекрасно проводили время, и нам не хочется завершать лето дуэлью или дракой. Знаю я женщин… – Он выдержал паузу, желая посмотреть, решится ли кто на улыбку, но лица его слушателей оставались серьезными.
– До армии он таких слов не произносил, – пояснил Мэнни.
– И что ты знаешь про женщин? – очень серьезно спросила Марта.
– Я знаю, что женщины прежде всего начинают выбирать, – продолжил Берт. – Если они входят в комнату и видят пятерых мужчин, их голова начинает работать, как вычислительная машина. Предпочтительный вариант, альтернатива, приемлемо, возможно, только не это.
– Однако… – Марта рассмеялась, прикрыла рот рукой, попыталась стать серьезной. – Извините. Мэнни… ты согласен с Бертом?
– Не знаю, – смутился тот. – У меня нет такого опыта. В армии я не служил.
– Я даже могу сказать, как бы ты выбирала между мной и Мэнни, чтобы сэкономить время.
– Скажи, – энергично закивала Марта. – Конечно, скажи.
– Вначале ты бы отдала предпочтение мне. О причинах поговорим в другой раз. А потом, с течением времени, маятник качнулся бы в другую сторону, и на первые роли вышел бы Мэнни.
– Бедняжка Берт! – Марта хохотнула. – Как же тебе тяжело! За тобой всегда остается только первая игра сезона. Почему ты мне все это говоришь?
– Потому что ты должна пообещать никого из нас не выбирать. А если выберешь, тайну эту должна унести с собой в могилу.
– В могилу, – повторила Марта, стараясь сохранить серьезность.
– До отплытия корабля мы воспринимаем друг друга как братья и сестра, вот и все дела. D’accord?[13]
– D’accord.
– Хорошо. – Берт и Мэнни дружно кивнули, довольные торжеством здравого смысла.
– Правило номер два, – продолжил Берт. – Если через какое-то время поймем, что наш план не сработал, мы прощаемся, и ты уезжаешь. Никаких слез. Никаких упреков. Никаких сцен. Дружеские рукопожатия и поездка до ближайшей железнодорожной станции. D’accord?
– Безусловно, – кивнула Марта.
– Правило номер три. Все расходы делим на троих.
– Естественно.
– Правило номер четыре. – Берт чем-то напоминал директора, дающего указания подчиненным. – Каждый вправе идти куда хочет и с кем хочет, без единого вопроса со стороны остальных. Мы – не троица неразлучных, можем и наскучить друг другу. Согласна?
– Свободная конфедерация независимых государств, – уточнила Марта. – Я поняла. Годится.
Они торжественно пожали друг другу руки в окружении гигантских статуй и наутро, втиснув Марту в автомобильчик и найдя место для ее вещей, тронулись в путь. Обернулось все как нельзя лучше. Они ни разу не поспорили, хотя обсуждали, среди прочего, секс, религию, политику, законный брак, выбор карьеры, положение женщины в современном обществе, театр в Нью-Йорке и Париже, пристойные пропорции купальника для юных дев на пляжах Италии, Франции и Испании. Когда Берт в Сен-Тропезе на недельку увлекся светловолосой толстушкой американкой, Марту это нисколько не задело, хотя девушка переехала в отель, в котором они остановились, и, ничуть не стесняясь, выбрала номер по соседству с номером Мэнни и Берта.
