Для мордуш мальков ловили.
Не об этом сейчас речь.
Мы в земле соорудили
Хоть какую-то, но печь.
И с учительницей нашей
Всем готовила еду.
Но кормили нас не кашей,
А варили лебеду.
Или что-то там другое
Из кореньев, трав, грибов.
Ну, а главное «жаркое»
Составлял весь наш улов.
Всё без специй и без соли,
Но пропахшее дымком.
Есть не хочешь, не неволят.
Наверстаешь вечерком.
Может быть, то испытанье
Ей на пользу и пойдёт.
Избаловано созданье –
Что не так, уже ревёт.
Кожа вспухла от укусов,
Расчесала до крови.
И еда наша не вкусна.
Ну, раз так, сиди, реви.
Мы ссылались на французов,
Мол, лягушек те едят.
Так узнаем, что за вкусы
У пижонистых ребят.
Но она не понимает,
Сжалась вся в один комок.
Только мать её ласкает.
Да и кто бы это смог.
А ведь маме тяжелее.
И другим, разве легко?
Но Дарину все жалели.
Её горе велико.
Видно, выше сил досталось
Испытанье для неё.
Воли нет терпеть усталость.
Спасло Ситова чутьё.
Он сказал: – Ты спой, Дарина.
Так приятен голос твой.
К нам летел один мужчина.
Пусть талант покажет свой.
Здесь он нам ещё нужнее,
Чем в налаженном быту.
Все артисты петь умеют.
Пусть разгонит скукоту.
А мы тоже, как сумеем,
Подпоём, развеем грусть.
С песней будет веселее,
Пересилим эту гнусь. –
Ну, и как же они пели,
Хоть дуэтом выпускай!
Мы притихшие сидели,
Только слушай, не мешай.
Песнями она спасала
Всех, но больше же себя.
И улыбчивою стала,
Через песни, всех любя.
Вот такие повороты
Наблюдали мы тогда.
А сейчас не те заботы,
Ждёт нас вкусная еда.
Учитель
Был у нас когда-то в школе
Замечательный урок
Про озёра, лес и поле.
Но пошёл урок не впрок.
Мы природу знаем мало,
И инстинкт у нас не тот.
С голодухи, что попало
Можем сунуть себе в рот.
Хоть природа и родная,
Но, наверно, не для нас,
А тому, кто её знает
И не даст себе пропасть.
И другим с ним не погибнуть.
Благодарен будешь век.
А по жизни, если вникнуть,
Это скромный человек.
И таких людей немало.
Незаметен, тих, простой,
А невзгодушка напала,
Глядь, а он-то, ведь, герой.
Вот и нам был дан спаситель,
Отстранитель многих бед -
Сельский рядовой учитель
И, она ж, природовед.
Своё дело она знала,
Убедились мы, на пять.
И советы нам давала,
Что полезно собирать.
Как детей, она учила
Нас природу понимать.
С нею интересно было
И ходить, и наблюдать.
Всем запомнится навечно
Этот жизненный урок.
Раз мы живы, то конечно,
И урок пошёл нам в прок.
Как она преображалась,
О тайге ведя рассказ,
И от счастья смеялась,
И смущалась, всякий раз.
Ходит, радуется тихо,
Будто снова родилась.
Позади – такое лихо,
И она живёт, светясь.
В центре нашего вниманья
Оказалась вдруг она,
Незаметное созданье,
А теперь вот, всем нужна.
Помню, часто так бывало,
У мамаши на глазах
Некрасивая сияла,
А красавица – в слезах.
Кто из них будет счастливей,
Невозможно предсказать.
Там, где жизнь течёт бурливей,
Трудно скромных замечать.
А в посёлке, дом отдельный.
И у всех ты на виду.
Там ведь ценят женщин дельных,
В жёны запросто возьмут.
Вот поэтому, наверно,
И неслась в такую даль
От шумливой жизни скверной,
От московских, бойких краль.
Только жаль, на дне остался
Весь её нехитрый скарб…
Ох! я долго не купался.
Близок солнечный удар.
Строитель
Мы с рассветом просыпались,
Спать ложились с темнотой.
Днём дровами запасались,
В ночь дежурил костровой.
Всё надеялись и ждали,
Что заметят огонёк.
И, признаюсь Вам, устали,
Измотались мы чуток.
Только этого не скажешь
Про Семёновну, она
Целый день, пока не ляжет,
Будто бы заведена.
И сушняк к костру таскала,
И готовила еду,
Для мордуш лозу срезала,
Даже ела на ходу.
– По другому не умею.
Я же сдельщицей была.
Поработаешь быстрее,
Глядь, и денежка пошла. –
Её сила и сноровка
Пригодились там, в глуши.
Как строитель, быстро, ловко
Возводила шалаши.
От стоянки отдалялась
Без боязни на версту.
С просьбой к Ситову цеплялась:
– Я за помощью пойду. -
Он показывал ей карту:
– Ну, куда же ты пойдёшь?
А потом, тебя – бунтарку,
Как одну в тайге найдёшь.
Больше сотни километров
Непролазного пути.
Лучше здесь, в период светлый,
Вокруг озера пройди.
От воды не удаляйся,
И не двигайся бегом.
На ночь там не оставайся,
Возвращайся вечерком. -
Кажется с попытки третьей
Его всё же обошла,
Да ещё в своём берете
Нам бруснику принесла.
Были кстати витамины.
И Семёновна – герой.
В день рождения Дарины
Получился пир горой.
А обычно поддевала
Эта женщина её.
Слабость той не понимала
И кривилась на нытьё.
Широка и коренаста,
И крепка, как тот орех.
Поглядишь, и станет ясно –
Здоровее она всех.
В ледяной воде плескалась.
Восхищаюсь до сих пор.
И во всех делах старалась.
Ну, ни баба, а мотор!
В отпуск к матери летала.
На работу бы пора.
Да, вот так, в тайге застряла,
Гнуса кормит, комара.
Здесь же этих кровопивцев,
Что-то я и не видал.
Позавидуешь счастливцам…
Жарко, в воду пошагал.
Артист
Без артиста было б скучно,
Хоть он и не юморист.
А по мне, так даже лучше,
Что он в хоре был солист.
Жаль, баян в воде остался.
Горевал: – К нему привык.
Двадцать лет я с ним скитался. –
В общем, ничего мужик.
Может быть и выпивоха,
Без согреву, весь дрожал.
Но держался он не плохо
И работу выполнял.
Правда, как-то неумело.
Нет сноровки у него.
И, почти, любое дело
