— Добрый вечер, тетя Фэнни! Надеюсь, сегодняшняя траурная атмосфера вам по душе?
— Не стоит за меня беспокоиться. Добрый вечер, Орианна, мисс Огилви. Право, не утруждайтесь. Вы прекрасно знаете, что на тетю Фэнни не стоит обращать внимания. Орианна, я с удовольствием постою.
— Эссекс, — распорядилась миссис Хэллоран, — принеси тете Фэнни стул.
— Уверена, что молодому человеку это в тягость, Орианна. Я привыкла сама о себе заботиться, уж ты-то знаешь.
— Эссекс, бокал вина тете Фэнни.
— Орианна, я пью только с равными. Мой брат Ричард…
— …отдыхает. Он уже пообедал и принял лекарство. Ничто не помешает тебе увидеться с ним вечером, обещаю. Да сядь ты уже наконец!
— Я не привыкла подчиняться приказам, однако ты теперь здесь хозяйка, судя по всему…
— Так и есть. Эссекс… — Миссис Хэллоран поудобнее расположилась в кресле, откинув голову на спинку. — Желаю слышать, как вы попусту растратили свои юные годы — только самое скандальное!
— Тропа становится все прямее и у´же, — произнес Эссекс. — Годы наступают, тропа сужается как острие ножа, и я ползу вперед, хватаясь за соломинку, а годы сдавливают бока и смыкаются над головой…
— Не слишком-то скандально, — поморщилась миссис Хэллоран.
— Боюсь, у молодого человека не было так называемых «преимуществ» в жизни, — заметила тетя Фэнни. — Не всем повезло вырасти в роскоши — уж ты-то знаешь…
— Статистика говорит сама за себя, — продолжил Эссекс. — В двадцать, когда время казалось бесконечным, мои шансы умереть от болезни сердца были один к ста двенадцати. В двадцать пять, когда меня впервые охватила неразумная страсть, шансы умереть от рака были один к семидесяти восьми. В тридцать, когда дни и часы начали сокращаться, шансы умереть из-за случайности равнялись один к пятидесяти трем. Теперь же мне тридцать два, тропа сужается с каждым днем, и шансы умереть от чего угодно равняются один к одному.
— Очень глубокомысленно, — резюмировала миссис Хэллоран, — однако по-прежнему не скандально.
— Хорошо… Итак, мисс Огилви хранит в правом верхнем ящике комода, под платками, эбонитовую шкатулку, украденную из музыкальной комнаты. В ней покоятся записочки, которые Ричард Хэллоран писал ей четыре года назад — хотя, пожалуй, некстати об этом упоминать теперь, когда он прикован к инвалидному креслу. Каждый вечер оставлял ей записку под большой голубой вазой в холле.
— Боже правый! — воскликнула мисс Огилви и побледнела. — Она вовсе не это подразумевала под «скандальным»!
— Не волнуйтесь, мисс Огилви, — улыбнулась миссис Хэллоран. — В качестве библиотекаря Эссекс привык шпионить за всеми. Он развлекает меня весьма занимательными историями, и его информация всегда оказывается верной.
— Момент истины, — сухо заметила тетя Фэнни. — Вульгарно и непристойно — я и тогда говорила, и сейчас скажу.
— Я бы ни за что не осталась… — начала мисс Огилви.
— Ну конечно, остались бы! — добродушно откликнулась миссис Хэллоран. — Ничто не заставило бы вас двинуться с места. Нет, ваша ошибка заключалась в другом: вы думали, что сможете «подвинуть» меня. Проще говоря, типичная ошибка тети Фэнни.
— Отвратительно и неуместно, — отозвалась тетя Фэнни. — Орианна, с твоего позволения я удалюсь.
— Допивай вино, а Эссекс позабавит нас еще чем-нибудь скандальным.
— Тропа сужается с каждым днем, — повторил Эссекс, ухмыляясь. — Интересно, помнит ли тетя Фэнни, как однажды выпила шампанского на дне рождения Лайонела и спросила меня…
— Боюсь, мне сейчас станет дурно, — перебила его тетя Фэнни.
— Ну так и быть, позволяю тебе удалиться, — снизошла миссис Хэллоран. — Эссекс, я вами недовольна! Ну ладно тетя Фэнни, но вы-то должны быть вне подозрений! Фэнни, если тебе хочется устроить сцену, сделай одолжение и поскорее: я хочу прогуляться перед вечерней игрой в нарды, а мой распорядок дня и так безжалостно нарушен. Мисс Огилви, вы допили вино?
— Ты собираешься играть в нарды? — удивилась тетя Фэнни. — Сегодня?
— Теперь это мой дом, как ты справедливо заметила. Не вижу причины, почему бы не сыграть.
— Как это вульгарно, — поморщилась тетя Фэнни. — В доме траур!
— Уверена, Лайонел подождал бы умирать, если бы знал, что похороны помешают моим нардам. Мисс Огилви, вы уже допили? — Миссис Хэллоран поднялась. — Эссекс?
