Некоторое время мы сидели на наших с Лейте койках, находящихся в выдолбленных в камне нишах, и постреливали орешками в стену напротив. Потом Лейте придумал соревнование — кто попадёт семенем лимонного дерева в пирамиду из палочек. Некоторое время было очень весело, весёлой суматохи добавил ещё и щенок рыжего волка, который кидался за каждым упавшим на пол семенем, как за своим личным врагом, и частенько врезался лбом в стены или мебель. Потеху не испортила даже рана у Маси, которая появилась из-за неосторожности Милы. Мила засунула орех в рот и отвлеклась на щенка. Когда она повернула голову в сторону Маси, семечко как раз и вылетело, оцарапав тому щёку. Малыши у нас молодцы, другой бы разорался со слезами на целый час, а Мася лишь кратко застонал, а потом утёрся и продолжил играть дальше. Потом мы почувствовали, что больше выпить уже не сможем ни капли, а без воды какие лимонные орешки? Никакого удовольствия. Недоеденные орешки остались в блюде на тумбочке, а мы начали доставать платья.
Платья у меня появились потому, что пару лет назад папочка увлёкся идеей математического моделирования одежды. С тех пор он только и твердит о том, что вскоре все члены нашего племени смогут иметь собственные платья, штаны и рубашки, сшитые точно по их размерам, и о том, что самая сложная часть в изготовлении одежды — разработка выкроек — вскоре будет очень простой. Он мечтает разработать такие формулы, в которые можно будет подставить только размеры человека, и сразу можно будет получить размеры выкроек. Первое платье, которое он сшил для мамы, представляло из себя прямой цилиндр, а для выпуклостей грудей — два острых конуса. Мама сказала, что не оденет такое никогда, папа обиделся и сказал, что мама ничего не понимает в красоте строгих математических форм, а мама сказала, что пусть он лучше пробует на мне. С тех пор моя коллекция платьев сильно увеличилась, но до желанной цели папе ещё далеко.
В нашем возрасте девчонки растут немного быстрее, чем мальчишки, и потому платья примеряли мальчишки — в некоторые я уже не могла влезть. Лайта начала смеяться, увидев самое первое платье — то самое, цилиндром с конусами, перешитое на меня, и не переставала до самого конца. За платьем с конусами последовало платье, сшитое из секторных кусочков (человек в нём был похож на апельсин, точнее, на салат из апельсинов). За «апельсиновым» платьем последовало платье, сшитое из вертикальных полос разной ширины (человек в нём был похож на рыбу), а за ним — платье, у которого зона вокруг груди выглядела, как бочонок из множества дощечек, а низ — как множество клиновидных полос. Папа в своё время очень гордился, когда научился рассчитывать эти «бочоночные» полоски.
— Бочонок! — заливалась Лайта.
Смеха добавляло ещё то, что мальчишки расстарались вовсю, с удовольствием передразнивая девчоночьи жеманные жесты. В разгар веселья подруга Серого опрокинула воду в тарелку с лимонными орешками. На миг все застыли, а потом Лейте завопил: «Ложись!». Мы все плюхнулись на пол, и очень вовремя: в комнате началась канонада, во все стороны летали со страшной скоростью семена лимонных орешков. Открылась дверь, в комнату заглянул папочка. Он зашел в тот самый момент, чтобы получить по лбу последним срикошетившим семечком. Почему-то он решил, что мальчишки баловались, и заревел:
— Вы почему балуетесь? Вы зачем испачкали платья, наше будущее? Я, кажется, запретил вам брать Найвины платья и показывать их чужим? А где у нас запас сушеной крапивы?
Лейте потащился за крапивой, чтобы получить по заду, а Лайта, Мила, Серый и его подруга Квалта быстренько распрощались и спаслись бегством. Так печально закончился такой хороший день.
Ночью собачка сказала Лейте:
— Ваш папа — гений. На таком уровне заниматься математическим моделированием одежды… Это очень почтенно. Найдите способ передать ему, что он не сможет довести это дело до полезного применения, пока не появятся автоматические вычислители.
Этот день начинался очень печально. Накануне мы веселились и заработали наказание. Дело было так: мы собрались в одной пещере рядом с Залом Собраний. Было очень весело, потом Найва за что-то в шутку обозвала меня дураком, я слегка хлопнул её по спине, а она погналась за мной. Убегая по коридору, я завернул за угол и налетел на тётю Берту, которая несла пирожки для вождя племени. Пирожки посыпались на пол. В следующий миг на нас налетела Найва, и мы все упали. К счастью Макуны и ещё одной одноклассницы Найвы, которые решили составить ей компанию в моей поимке, они успели остановиться. Но хуже всего было то, что следом за тётей Бертой шли вождь племени вместе с Главным Ведуном. Зрелище рассыпанного по полу ужина их совсем не обрадовало, и вождь сказал: «Передайте вашему папе, что назавтра вы назначаетесь в помощь главному кожевеннику, на весь день».
Папа, услышав про наше наказание, засмеялся: