– Как бы там ни было, она с ними не общается уже много лет.
– Почему? – поинтересовался Николай.
– Они не приняли ее ориентацию.
Помощник следователя задумался, что-то записал, затем поднял взгляд на Антона.
– Вы знали, что первого отчима Маргариты убили молотком в пьяной драке?
– Да, она вчера нам об этом рассказала. Она сказала, что это был отец.
– Только вчера? – Антон почувствовал, что Николай на что-то намекает, или хочет что-то выпытать у него, но понятия не имел, что именно. – И она не сказала, что это был не родной отец, а отчим?
– Да, только вчера. Она расплакалась после того, как все это увидела и рассказала про отца… про отчима… я не придал значения, кем именно он ей приходился, – объяснил Антон. – А что вы хотите услышать, можно поинтересоваться? Девчонок даже на кухне не было, когда я вытащил молоток…
– Но они были в квартире до того, как вы в нее попали. И мужчина там тоже был. Что нам мешает подозревать их в убийстве этого неизвестного?
Этот ход мыслей Антону совсем не нравился, очень сильно не нравился.
– Зачем им это делать? Они его не знают, квартира не взломана, никто к ним не врывался. Какие у них еще могли быть причины? – попытался воззвать к здравому смыслу Антон. – Послушайте, я не могу придумать … или понять, как произошло так, что в моей квартире появился умирающий мужчина с молотком в голове. Но я совершенно точно знаю, что ни Надя, ни Марго на такое не способны.
Антон понимал, что девчонок придется защищать, эти сотрудники со своими намеками не вселяли надежду на то, что все обойдется, но лучше пусть его подозревают, чем Надю или Марго.
– Антон, скажите, вы знали, что Маргариту тоже подозревали в убийстве отчима? Первого отчима.
– Нет, конечно, не знал, – растерялся мужчина.
– Она была в квартире, когда произошла драка, – продолжил помощник следователя. – На молотке нашли ее отпечатки, а полиции она сообщила, что вытащила молоток из головы погибшего после того, как его ударил собутыльник.
– И что, эта версия подтвердилась?
– Нет, поскольку отпечатки собутыльника на молотке тоже были, но сам он ничего в свою защиту сказать не смог, был в тот день сильно пьян. В результате осудили его. С Маргариты подозрения сняли. Ей все-таки двенадцать лет было.
– Ясно, – то, на что намекал помощник следователя, говорило явно не в пользу Марго. – Вы хотите сказать, что это она убила мужчину вчера? Надя бы не дала ей этого сделать. Это еще больший бред, чем подозревать меня.
– Я хочу сказать, что вы совершенно ничего не знаете о женщине, с которой прожили вместе два года. Только и всего.
Антон задумался. Он не верил в то, что Марго могла кого-то убить. Только не его… не их с Надей Марго, которую они так любили, и которая – он даже не сомневался в этом – любила их.
– Что вы хотите от меня сейчас? Я не совсем понимаю.
– Мы задерживаем вас по подозрению в убийстве. Поместим вас в камеру предварительного заключения до тех пор, пока будем расследовать дело, – спокойно произнес Николай.
– Но… на основании чего? Только того, что я вытащил молоток из головы погибшего? – Антон занервничал при мысли, что придется неизвестно сколько просидеть в камере, пока его адвокат будет доказывать его невиновность. А он сможет это доказать, ведь по-другому и быть не может.
– Нет, у нас есть показания, что это вы ударили мужчину молотком по голове.
– Что?! Чьи показания, в квартире кроме нас никого не было!
Николай протянул какие-то листы бумаги.
– Надежда и Маргарита пришли сегодня к нам и сообщили, что вчера в вашем присутствии побоялись сказать правду. Они не рассказали, с чего все началось и как мужчина попал к вам в квартиру, но обе точно видели не только, как вы вытаскивали молоток из головы умершего, но и как ударили его по голове, когда он уже лежал на полу.
Антон замер и, казалось, перестал дышать. Он даже ничего не мог и не хотел говорить в свое оправдание. Просидев так несколько минут, он услышал, как Николай сказал кому-то «уводите», и его повели в камеру. Глаза отказывались различать предметы, мужчина практически ничего не видел перед собой. Вопросы. Только вопросы крутились в голове. Как? Зачем? За что? Что он сделал не так? Ведь их жизнь была идеальной последние два года. Или это только он так думал? Антон не мог понять, почему Надя и Марго так поступили с ним. Единственное, в чем он был уверен, что союз разрушен. И что срочно нужно звонить адвокату.
Инга отложила папку с цифрой IV и прикрыла глаза, чтобы подумать. Задание на одном листе, как всегда очень кратко и неясно ничего, кроме механики. Описание задачи, которое только вызывает вопросы и не дает ответов. А ей потом излагать подробно все, что она сделает и все, что последует за этим. Писать от руки. Опять! Шеф требовал только рукописные отчеты, никаких электронных носителей. Параноик хренов.
