— Ну… я следила за сестрой, а когда она вошла… — Саша запнулась, нервно облизав губы. — Ты просто забыл закрыть входную дверь.
— Ладно, хорошо, — кивнул Тимур, отпуская ее. — До встречи.
Саша вышла из комнаты, выразительно виляя бедрами. Тимур обескураженно смотрел ей вслед; он отлично помнил, как закрывал дверь.
***
— Зачем ты явился в мой дом? — Алексей сложил руки на груди и прищурил глаза. — Давай снимем маски, Альберт, я больше не хочу притворяться твоим другом.
Они стояли друг напротив друга, словно две непоколебимые стены. Альберт устало посмотрел на него, недоумевая, как мог быть таким слепым и не замечать всей этой ненависти и зависти, тихой злобы в его глазах и притворных улыбках? Ведь как день ясно, что они оба были влюблены в Кристину.
— Меня отпустили под залог, я не хочу сегодня ввязываться в какую-нибудь историю, — миролюбиво пояснил Альберт. — Я уже прекрасно понял, что ты всю свою жизнь завидовал тому, что она видела во сне меня, а не тебя, что я был тем, в чьих руках она превратилась в женщину…
Алексей, не выдержав, ударил Альберта кулаком в нос, и тот пошатнулся.
— Ублюдок! — прошипел он. — Кристина заслуживала большего, чем такое ничтожество, как ты!
— Ты имеешь в виду, она заслуживала кого-то вроде тебя?.. — усмехнулся Альберт, вытирая кровь с лица. — Скажи, ты пришел в ярость, когда узнал, что она беременна?.. Что девочка, которую ты любил и обожал, носит моего ребенка?..
— Она любила тебя, а ты ее… — Алексей криво улыбнулся. — Ты просто пользовался ею, так что этот ребенок не был плодом взаимной и чистой любви.
— Именно поэтому ты сбросил Кристину с лестницы? — прошептал Альберт.
— Конечно, — уверенно встретил его взгляд Алексей. — Я ненавижу тебя и все, что с тобой связано! И этот ребенок не был исключением. Забавно… Двадцать лет назад Кристина поделилась своей новостью в первую очередь со мной, чтобы я организовал вам встречу в тайне от родителей, помнишь? Ты не можешь представить себе, что я ощутил, глядя в ее сияющие глаза… Я почувствовал, как ненависть пожирает меня изнутри, словно личинки ос, отложенные в гусенице и поедающие ее заживо… Я подслушал весь ваш разговор, страстно желая убить тебя прямо там… Потом Кристина вышла и направилась к лестнице, и я сделал то, что должен был сделать — толкнул ее, чтобы твой ублюдок умер. Знаешь, я нисколько не жалею об этом поступке, и если бы время можно было повернуть вспять, я бы поступил точно так же… Снова и снова толкал бы ее вниз.
Услышав неясный шорох, оба оглянулись и увидели, что на пороге стоит ошарашенная Кристина и смотрит на Алексея во все глаза. Последний издал непонятный звук, напоминающий хриплый возглас.
— Ой, прости, я забыл сказать тебе, — усмехнулся Альберт. — Мы столкнулись с Кристиной у ворот твоего дома, и она любезно пропустила меня вперед… Я же в свою очередь пообещал, что она точно об этом не пожалеет, ибо ей никогда не услышать того, что ты можешь сказать лишь в ее отсутствие. А ты и впрямь сегодня разоткровенничался…
Кристина метнулась куда глаза глядят и молниеносно скрылась в полумраке коридора.
— Нет… — губы Алексея дрогнули, и впервые за много лет по его щеке скатилась скупая слезинка.
Женщина села в машину и громко разрыдалась, опустив голову на руль. Паршивка-сестра и огорченный Тимур померкли по сравнению с тем, что она сейчас узнала. Тот, кому она безоговорочно доверяла, предал ее. И ведь она даже не смогла разглядеть в нем врага!
Она услышала, как по стеклу забарабанили чьи-то кулаки — этот мерзавец выбежал из дома вслед за ней и теперь требовал, чтобы Кристина открыла ему…
— Не дождешься, проклятая мразь! — закричала Кристина, сжав кулаки в бессильной злобе. — Ты лишил меня возможности стать матерью и хотел настроить против Альберта! Ты за все заплатишь, обещаю!
Машина рванула с места, и Алексей, не понимая, что творит, кинулся за ней что было духу. Он бежал, насколько хватило его сил, но, конечно же, не смог догнать автомобиль. Кристина мчалась по трассе, до крови кусая губы, не чувствуя боли; жгучие слезы мешали ей смотреть на дорогу, да это было и неважно сейчас. Все рухнуло в одночасье, она мстила не тому человеку! Альберт… Тоска сжала сердце тугим болезненным обручем. Его ласки так и не стерлись с ее кожи, в течение долгих лет она честно пыталась, но не смогла забыться в чужих объятиях, и даже Тимур, этот особенный мальчик, пробудивший столько нежности в ее душе, не смог вытравить эту любовь — ее проклятье, ее первое, самое настоящее, живое, страстное чувство…
Кристина всхлипнула и только в этот момент заметила, что съехала на встречную полосу. Она вскрикнула, увидев, что прямо на нее едет нагруженная фура, но было уже поздно: несмотря на то, что запаниковавший водитель резко ударил по тормозам, через мгновение мчавшиеся на полной скорости машины столкнулись. Этот страшный удар был смертельным для маленького дамского автомобиля, и женщина, сидевшая в нем, обрела покой. Кристина погибла мгновенно.
***
