Диана почувствовала, что перед глазами все расплывается. Ей нужен был воздух, но ей грубо отказывали в нем, и это было невыносимо. Однажды в детстве она чуть было не утонула. Тогда ей было всего четыре года, и Диана не умела плавать. Альберт в тот день решил провести время со своей любовницей и дочкой… Это был один из тех редких счастливых пикников, когда они казались самой обыкновенной,
— Девочка моя, Диана, — услышала она папин голос. — Я здесь, солнышко.
— Папа, — откашлявшись, выдавила из себя Диана и крепко обняла Альберта. Открыв глаза, она поняла, что находится не на озере, а в своей комнате на полу. Альберт обнимал ее, рядом сидел на коленях растерянный Кирилл, чуть поодаль стояли полуголые Марина с охранником. Тот крепко держал ее за плечи, не давая вырваться и снова кинуться на Диану.
— Ты окажешься за решеткой, дрянь! Ты сгинешь там! — визжала Марина в истерике. — Кирилл будет свидетельствовать против тебя…
— Нет, мам, — прямо посмотрел ей в глаза Кирилл. — Я не буду этого делать. Это был несчастный случай.
Марина замерла, взглянув на сына. Эти светло-зеленые глаза, так похожие на ее собственные, смотрели прямо и твердо.
— Прости, мама, — просто сказал он, и губы Марины дрогнули.
— Предатель! — закричала она. — Ты мне больше не сын! Я не хочу тебя знать! Я отказываюсь от тебя! — Марина сжала руки в кулаки, пытаясь совладать с собой. — Все здесь будут покрывать эту убийцу, поэтому я ни секунды больше не останусь в этом доме! Пусти меня! — она вырвалась из рук любовника. — Я забираю Камиллу и уезжаю!
— Куда это ты собралась с моей дочерью? — вскинулся Альберт, прижимая к себе напуганную Диану.
— В нашу квартиру в Австралии, подальше от этого дерьма! — она указала пальцем на девочку. — А вздумаешь мне препятствовать — пойду трезвонить, что твое отродье от официантки — убийца, и даже если ты наймешь самых лучших адвокатов, вам обоим от этого будет не отмыться!.. Ну а ты… — Марина подошла к сыну, поспешно вставшего с коленок при ее приближении, и залепила ему звонкую пощечину. — Можешь катиться куда глаза глядят. Ты мне больше не нужен. Ты никто.
Кирилл молча приложил руку к пылающей щеке и виновато опустил глаза. Ему нечего было сказать.
Через несколько часов Марины с Камиллой уже не было в этом доме. Девочка, конечно, была в ужасе из-за того, что наговорила ей мать о Диане и что теперь они вдвоем будут жить вдалеке отсюда… но не стала перечить и просить остаться.
— Надеюсь, ты понимаешь, что я больше не хочу тебя видеть в своем доме, — сказал Кириллу Альберт, когда буря стихла.
— Да, я понимаю, — стиснув зубы, кивнул Кирилл и, резко развернувшись, вышел из кабинета Альберта, не потрудившись закрыть дверь за собой.
Диана плыла под водой в бассейне, пытаясь совладать со своим страхом перед водяной мутью, бедной кислородом. Это место располагалось в отдельном крыле дома, вместо стен его окружали стекла, чтобы зимой можно было видеть падающие с хмурых небес ледяные снежинки…
Вынырнув, она увидела прямо перед собой согбенную фигуру юноши, стоявшего у бортика бассейна и молча взиравшего на нее.
— Кирилл? — ахнула она, хватаясь обеими руками за бортик. — Что ты здесь делаешь?
— Я зашел попрощаться с тобой, — он присел на корточки так, чтобы приблизить свое лицо к ее. — Альберт больше не хочет видеть меня в своем доме, мама не хочет слышать ничего обо мне.
— Нет, я поговорю с папой… — начала было Диана, но Кирилл приложил палец к ее губам, заставляя замолчать.
— Не надо, Диана, — грустно покачал головой он. — У меня тоже есть гордость. Я не хочу умолять его… Или чтобы ты просила за меня. Я должен уйти.
— Но… куда же ты пойдешь?!
— Бабушка с дедушкой мне помогут тайком от отца на первое время, а потом… — Кирилл улыбнулся одними губами, а глаза его оставались грустными, — я постараюсь выкрутиться. Вообще, не волнуйся за меня, Диана.
Он наклонился было к ней, и Диана с готовностью прикрыла глаза, ожидая прикосновения его губ. Но Кирилл резко отстранился.
