В комнате шла война, пока не кровопролитная, но когда-нибудь Аня достанет Леночку, и та... а та сделает то, что обычно делает с теми, кто ей не угоден: хук справа, хук слева, апперкот. Да-да, вот какие я умные слова знаю благодаря папе-боксеру. Стенка, у которой располагались кровати девчонок поделилась пополам - одна половина была девственно чиста, другая - занавешена постерами с какими-то заунывными ро... лицами на фоне всяких мрачностей. То, что я цветов не видела, только усиливало угнетающий эффект. Когда куртку приходила вешать, такого ужаса еще не было. Анюта собственной персоной прикалывала последний, зажав в зубах пластиковый кружок с булавками. Ленка раздраженно лупила по клаве, расстреливая кого-то из автоматов-пистолетов, и сидела спиной к мрачному безобразию. А это могло говорить только об одном: пока я получала еще одну загадку о прошлом Леши и училась летать, соседушки успели разругаться, причем победила явно Анька. Иначе бы блондинка так нарочито-безразлично не относилась к порче обоев, которые мы перед летними каникулами самолично клеили. Сколько же мы тогда потратили нервов, сколько потом отмывались от клея - он покрывал нас с ног до головы... Особенно старалась Ленка, как единственная из нас, кто клеил обои раньше. Я - до этого только наблюдала, а делал все папаня. Анька, наивный человек, даже не представляла, какой стороной их клеить. Так что в основном лепила на стенки у нас Лена, Анька - намазывала, а я контролировала оба процесса. Все были при делах. Как вывод: Ленка дорожила обоями больше остальных и очень трепетно к ним относилась... Но что же тут случилось, пока меня не было? Спрашивать не рискнула, я что, враг себе? Я прекрасно знаю, что когда Леночка так долбит клавиатуру, с ней лучше не только не разговаривать, но и подходить. Обогнув ее кровать по самой дальней из возможных траекторий, добралась до своего диванчика и с наслаждением на нем растянулась, чуть потеснив сумку.
Анька прицепила последний плакат - с чего я решила, что он последний? А просто места больше не оставалось - и спрыгнула на пол, обозревать плоды трудов. Я только уныло скривилась. Кошмар. Вот как проснусь среди ночи, подниму глаза - а на меня что-то в балахоне на фоне крестов пялится. Превосходно, если не останусь заикой - это будет чудом. Я человек впечатлительный. Особенно ночью.
- Ань, а им обязательно там висеть? - жалобно спрашиваю, не надеясь особо, что соседка тут же бросится снимать плакаты.
Анька повернулась.
- Тебе не нравится? - с вселенским удивлением протянула она. Ленка фыркнула, не отрываясь от игрушки.
Я даже не знала, что на это ответить. Пригляделась получше к исполнителям какой-то готической музыки. А у кого еще на плакатах громкие и зачастую непонятные названия будут пропечатаны? Даже заметила ранее упоминавшихся "эванесенсов" или как их там?
- Красивые, не спорю, - признала, - но только если смыть с них видную невооруженным глазом косметику. Особенно вон у того мужика, - тыкнула пальцем в нечто большое и волосатое. Терпеть не могу когда парни подводят глаза. Понимаю, надо подчеркнуть красивость и все такое, но принять - не в силах. Вот поэтому, наверное, и не слушаю обожаемый Леной металл. А не потому что меня отпугивает ор, прощу прощения, гров, которым поют исполнители.
Анюта закатила глаза - да что у всех за привычка одна и та же появилась? - и махнула на меня рукой, высказавшись, что я ничего не понимаю. Я признала, таки да, не понимаю и вряд ли когда понять смогу. Но плакатики еще раз попросила убрать. И получила твердый отказ.
Ленка взбеленилась и начала орать. Аня - в ответ, спиной, растопырив руки, закрывала глянцевые бумажечки и возникала в ответ.
После длинного словесного "поединка" стенку покинули несколько плакатов, но и то радость. На одном из них были напугавшие кресты, так что я стала вполне спокойна. А Ленка - нет, она пыхтела как паровоз и вполголоса что-то бормотала. Звуки автоматных очередей наполнили комнату, Анюта, скатывающая плакаты в трубку, скривилась, но ничего не сказала. Не рискнула?
А мне вот было глубоко чихать на громкие звуки. Привыкла уже, можно даже сказать - сроднилась, и они мне ничуть не мешали как думать, так и спать. Последнее я делать, как немного раньше решила, делать не собиралась и на повестке ближайших часов значилось первое - размышления о подарке.
Волки. Дикие существа. Хищники и охотники. Звери.
Леша вот таким очень походит на них. Может, он знает это и поэтому любит этих зловещий существ? Или просто так? Кто знает... Только он, может еще Мари, и больше никто. Увы, к числу знающих я не относилась, но это только пока. Когда-нибудь я выпытаю все его тайны! Обязательно.
