Глаза привыкали к темноте, и стал различим, пусть едва, контур его лица, в которое так старательно всматривалась в последнюю минуту, немного отстранившись. И было ощущение, что он смотрел тоже. Внимательно. Пронизывающее.
Лешина рука заскользила по свитеру вверх, собирая ткань складками, делая просто прикосновение еще более волнующим, к плечу, а вторая так и осталась лежать на талии. Он не давал даже шанса отодвинуться еще больше. И от этого я не могла сдержать улыбки. А я ведь тоже не отпущу.
То, о чем он волнуется... нет, то, что его волнует. Это - наша близость? И... что-то еще? Он сам ответил на этот вопрос, только чуть позже.
- Я волнуюсь о том, как сложно сдерживаться рядом с тобой. Особенно когда ты и не думаешь сопротивляться, - все тем же низким голосом, срываясь на шепот, сказал он. Его лоб прижался к моему лбу. Еще ближе... я передвинула руки, чтобы он не мог отстраниться. И путь это было эгоистично.
- А зачем? - Действительно, зачем мне оказывать сопротивление тому, чего хочу сама?
- Если ты не сопротивляешься, то говоришь напрямую, что я могу делать все, что захочу. Но ведь это не так, - в его голосе проскользнула ирония. - Я еще многого не могу себе позволить, - и не давая мне ничего сказать, уже громче продолжил, уже немного насмешливо: - Но вернемся к тому, из-за чего сюда и пришли. Кажется кто-то хотел использовать меня в роли учителя по поцелуям?
- Ага, - только и смогла выдавить я. Голову занимала Лешина предпоследняя фраза, насчет не могу себе многого позволить. Это... про то, про что я подумала? А если связать с его словами и мое странное желание быть еще ближе при максимальной, казалось, близости... только не надо говорить, что теперь мне требуется нечто больше, чем...
Это все темнота виновата! Она вызывает далекие от непорочности мысли!
Леша наклонил голову ниже, и по его дыханию я поняла, что его губы очень близко к моим.
- Тогда как насчет того, чтобы начать наш урок? - Его руки отпустили меня, но только на время, пока парень разворачивался ко мне, а после обхватили лицо, приподымая его. Так стало намного удобнее - теперь можно было оторвать коленки от холодной стены и сунуть их в проем под его согнутой ногой, с спиной опереться на вторую согнутую ногу. Без опоры никак, потому что прекрасно знаю реакцию на его поцелуи... Предвкушение вновь проснулось и усиленно начало меня мучить. - Что именно тебя интересует и чего ты хочешь? - пропустив в тон учительские нотки, спросил он.
- Хочу научиться целоваться так, чтобы ты забывал обо всем, - чистосердечно призналась. Не собиралась это скрывать. Смелая стала... - И о всех, - добавила... ревниво? Вспомнив о том, что кое-кто на столько бросил меня одну, совершенно забыв.
Леша тихо рассмеялся.
- Я итак забываю обо всем на свете, когда ты меня целуешь.
- Мгновенно? - дотошно уточнила.
- Зависит от ситуации.
- Вот! - воскликнула, ухватившись на ответ. - А я хочу чтобы мгновенно и надолго... Научи меня, - немного подалась вперед. Хотела добавить в голос просящие нотки, но получилось несколько иначе. В голос проскользнуло нечто иное. Более... чувственное?
И я нашла способ, как дать ему понять, как, хм, нехорошо оставлять меня без внимания. Вот научусь сейчас - и все, один поцелуй, и любимый будет принадлежать только мне.
- Интересно желание, - он приблизился сам, и теперь шептал мне в губы, касаясь их, дразня... я опять начала дрожать. - Хорошо, я научу тебя, но что мне за это будет?
- А что ты хочешь? - едва нашла силы, чтобы заставит себя ответить. А улетучивающийся разум цепко ухватила за хвост, чтобы не думал исчезнуть, пока он мне нужен.
Его губы на пару секунд коснулись моих. Всего лишь на пару жалких, но таких многообещающих секунд.
- Поверь, ничего такого, что бы тебе не понравилось.
Разум вырвался, и злобно хохоча, покинул мою бедовую голову. И я согласилась с условием Леши. Как будто могла сказать нет...
- Обещаешь? - уточнил он. Нет, я определенно таю от такого его пониженного и хрипловатого голоса, а еще теряю мысль и вообще веду себя как влюбленная дурочка. Кивнула и он понял, так как его руки все еще обхватывали мое лицо. - Вот и хорошо, - по тону было слышно, что парень улыбнулся. Кто знает, что лучше: не видеть его улыбки, или же наоборот. Наверное, все же первое... я итак теряю голову. - Тогда начнем... сядь ближе, - попросил Леша, опустив руки. Теперь я касалась его только коленками и спиной. И темнота вокруг... где он, что он - знала лишь примерно. Еще одна причина для волнения.
Ближе... Придвинулась вперед, преодолевая считанные сантиметры, нас разделяющие. Ногам стало неудобно, и я пропустила их под согнутой коленкой парня. Еще ближе... немного развернулась. Теперь оголенных локтей касалась тонкая ткань его рубашки. Теплой... Но майка в грубый рубчик, что была под ней, была еще теплее. Я не понимала себя: отчего так понравилось прикосновение этой грубой ткани? Один раз провела тыльной стороной ладони по твердому животу, обтянутому этой тканью, но хочу еще. Как же сильно... мысль об этом занимает опустевший мозг.
