Он потянулся мыслями к Джерил, чтобы она могла разделить его радость, и почувствовал ее рядом. Наклонившись к ней в темноте, он ощутил, что она все еще смотрит в глубь пещеры, как будто не слыхала чудесной новости, и не может оторвать глаз от загадочного свечения.
Из ночи пришел грохот запоздалого грома, рассыпавшийся по небу. Эрис почувствовал, как тело Джерил дрожит, и послал ей свои мысли, чтобы утешить ее.
— Это же просто гром, — мягко произнес он, — чего тут бояться?
— Я не знаю, — ответила Джерил. — Я боюсь — но не из-за грома. О, Эрис, мы сделали чудесную вещь, и я бы так хотела, чтобы Теродимус был сейчас с нами и видел это. Но куда она в конце концов приведет — эта новая дорога?
Из прошлого выплыли вдруг слова, сказанные когда-то Аретеноном. Она вспомнила их давнюю прогулку вдоль берега реки, когда он говорил о своих надеждах. Он сказал тогда: «Ничто, чему мы можем научиться у природы, не будет таить такой огромной опасности, какая таится в наших собственных умах». Слова эти, казалось, дразнили ее и отбрасывали тень на золотое грядущее, но почему — она не могла этого объяснить.
Может быть, потому, что из всех рас во Вселенной только ее народ достиг следующего перекрестка дорог, минуя предыдущий. Теперь они вновь должны пройти по дороге, которую пропустили вначале, и лицом к лицу столкнуться с угрозой, ждущей в конце пути, — угрозой, которой на этот раз им не удастся избежать.
В темноте перед ней слабое свечение распадающихся ядер прожигало скальную твердь. Едва различимое, вот так же оно будет светить и тогда, когда Джерил и Эрис давно превратятся в прах. Оно станет лишь немного слабее, когда цивилизация, которую они строят, наконец раскроет его секреты.
Многочисленны и удивительны миры, плывущие подобно пузырькам пены по Реке Времени. Иные, их очень мало, движутся против или поперек течения; еще меньше таких, что находится вне его пределов и не ведают ни будущего, ни прошлого. Маленькая вселенная Шервана в их число не входила, ее своеобразие было иного рода. Она насчитывала всего лишь один мир — планету племени Шервана — и одну лишь звезду, великое солнце Трилорн, дающее планете свет и жизнь.
Шерван не знал, что такое ночь, ибо Трилорн всегда парил высоко над горизонтом, опускаясь к нему только в долгие зимние месяцы. Правда, в Стране Вечной Тени каждый год бывала пора, когда Трилорн исчезал за краем планеты и наступала тьма, в которой ничто не могло жить. Но и тогда мрак не был полным, хоть и не было звезд, чтобы его рассеять.
Один в своей маленькой вселенной, вечно обращенный одной и той же стороной к своему одинокому солнцу, мир Шервана был последней и наиболее странной причудой творца звезд.
И однако же мысли, которые наполняли голову Шервана, когда он глядел на земли своего отца, могли родиться в сознании любого из детей человеческого рода. Он ощущал и благоговение, и любопытство, и немного страха, но над всем преобладало стремление изведать огромный мир, окружающий его. Пока он был слишком юн для этого, но старинный дом стоял на самой высокой на много миль точке, и во все стороны открывался вид на край, которым ему владеть. Если повернуться лицом на север, к Трилорну, то вдали можно было разглядеть длинную гряду гор, которые уходили вправо, становясь все выше и выше, пока не терялись в далях за его спиной — там, где начиналась Страна Вечной Тени. Когда-нибудь, став постарше, он пройдет через эти горы, через перевал, что ведет в обширные страны востока.
Слева — всего несколько миль — океан; иногда Шерван слышал даже рокот волн, катящихся на пологий песчаный берег. Никто не знал, как далеко протянулся океан. Корабли выходили в его просторы и плыли на север, но Трилорн все выше поднимался в небе, все сильней и сильней становился жар его лучей. И задолго до того, как могучее солнце достигало зенита, кораблям приходилось поворачивать вспять. Так что, если мифическая Огненная Страна и впрямь существует, никому не суждено достичь ее берегов. Правда, есть легенды, они говорят, будто некогда были быстроходные металлические суда, которые могли пересечь океан наперекор палящим лучам Трилорна и достигнуть земель на том краю света. Теперь туда можно попасть только после долгого путешествия по суше и по морю, а если пожелаешь хоть немного сократить путь, надо следовать севернее, насколько хватит отваги.
Все обитаемые земли мира Шервана лежали в узком поясе между палящим зноем и нестерпимым холодом. В каждой стране крайний север — это неприступная область, опаленная гневом Трилорна. А к югу от всех государств раскинулась огромная и мрачная Страна Вечной Тени, где Трилорн — всего лишь бледный диск над самым горизонтом, а то и вовсе нет его.
