Приходится вынырнуть из своих мыслей и поднять глаза. У кассы стоит высокий светловолосый парень в черных джинсах, красной футболке с профессиональным фотоаппаратом в руке. Привлекательный, во всяком случае, раньше мне очень нравились блондины с ярко-синими, словно топаз, глазами.
- Вы какое любите: ванильное, клубничное? А может что-то экзотическое, например, зеленый чай или маракуйя? — Показывает в сторону прилавка с лотками холодной сладости.
Не сразу понимаю, что он от меня хочет. Растерянно хлопаю ресницами, силясь вникнуть в суть вопроса. Он не ждет, когда я отвечу, продолжает вести диалог сам с собой:
- Я понял, на мой вкус, поэтому рисковать не стану. Одно клубничное и одно грецкий орех в вафельном рожке, - просит у продавщицы, которая нехотя набирает заказ.
За столик напротив меня подсаживается улыбчивый парень и протягивает мне мороженое. Неудобно отказать, человек уже потратился и проявил заботу, поэтому беру и благодарно киваю. Я не люблю фруктовое мороженое, но обижать парня не хочется, поэтому откусываю маленький кусочек и невесело улыбаюсь в ответ.
- Знаете, что вы очень красивая, даже когда грустная? — Он берт камеру, которую положил на стол и наводит на меня объектив. — Я могу вас сфотографировать на память? Не хочу забыть тот момент, когда встретил девушку из сказки…
- Мужик, если жить хочется, иди отсюда, - откуда-то слева доносится знакомый грубый голос, а я вся покрываюсь мурашками. Коршун здесь. Оборачиваюсь и забываю обо всем на свете. Как он меня нашел?
Максим подходит к нашему столику и грозовой тучей нависает над моим несостоявшимся собеседником. Парень его не пугается, просто понимает без слов, что он здесь лишний. Поднимается, вежливо протягивает Максиму руку для приветствия, но тот не реагирует на дружеский жест, смотрит жестким взглядом, показывая, что ему сейчас не до знакомства. Парень задумчиво кивает какими-то своим мыслям, поворачивается ко мне. С милой улыбкой произносит, что ему было очень приятно познакомиться с очаровательным солнышком, чем бесит взрывоопасного Коршуна еще больше. И пока тот не начал кидаться, просто уходит в сторону, оставив нас наедине, а Максим опускается на его место.
- Итак, зая, поговорим о том, что сбегать, не предупредив меня, большая ошибка, - Коршун откидывается на спинку стула и скрещивает на груди руки. Смотрит прямо мне в глаза недовольным взглядом. А я хлопаю ресницами и не знаю, плакать мне или смеяться. Как он так быстро меня нашел?
- Привет, - произношу грустно. — Что ты хочешь? — Стараюсь говорить ровно, хотя настроение кидается из крайности в крайность: то наорать на него за то, что меня обманывал; то броситься обниматься.
- Что я хочу? — Вскипает он. — Я хочу, чтобы ты перестала от меня убегать. Если возникают проблемы, говорила со мной, а не с кем-то другим. И всегда, когда я звоню, брала трубку, - рычит на меня, словно это я жената, а не он.
Оглядываюсь назад в поиске своего рюкзака, в котором лежит телефон. Точно, я оставила его тете вместе со своим чемоданом, только кошелек взяла, чтобы купить кофе.
- Мне надо ехать, - встаю с места, видя, что скоро подойдет наша очередь. Если он пришел сюда, чтобы на меня наорать, так пусть чешет обратно. Мне и так плохо.
Он тоже поднимается и, не дав сделать шаг, преграждает дорогу. Смотрит хмуро сверху вниз, словно на какую-то вредную букашку и молчит. Толкаю его в грудь, не желая, чтобы меня давили взглядом, но обойти не пытаюсь, все равно не даст.
- Я все знаю, - не выдержав противного молчания, кричу на него. — И о том, что ты женат на рыжей. И о том, что отец никогда не позволит тебе развестись, потому что ее родственники — нужные люди. И о том, что ты меня все это время обманывал, скрывая правду, - от обиды ударяю его кулаком в грудь. Как он смел так меня унизить, как посмел так со мной поступить!
Коршун сначала удивленно приподнимает брови, озадаченно пальцами потирает лоб, а потом просто начинает громко ржать. Так раскатисто, что даже эхо, отрикошетив от плиточного пола, вторит ему, привлекая заинтересованные взгляды уезжающих. Я слегка вжимаю голову в плечи. Как неудобно быть центром всеобщего внимания.
- Кто сказал тебе этот бред? — Насмеявшись, выдает Коршун, вмиг став серьезным. Словно и не было приступа веселья посреди переполненного аэропорта. - По-твоему я маменькин сосунок, чтобы меня кто-то безвольно женил? Ты вообще понимаешь, что говоришь? Мне двадцать шесть лет, я сам давно мог бы стать отцом и влиять на ребенка. Какая рыжая, Аля? Много чести связываться с недалёкой влюбленной курицей, которая сама себе шнурки завязать не может, - фыркает он, качая головой.
Ошеломленно приоткрываю губы, пытаясь вникнуть в суть его слов. Так значит длинная меня обманула?
- Это правда, ты не женат на рыжей? - Подозрительно сощурив глаза, произношу я, как физиономист, отслеживая каждое движение на его лице. Если он мне сейчас соврет, я его прибью прямо на месте. Обещаю!
