- Если я кому-то позволю вписать в графу «семейное положение» свое имя, то это будешь только ты. Поняла меня. И больше никто, - подавшись навстречу, он ухитряется мне в лоб пальцем тыкнуть. - Поэтому давай закрывать этот чертов вопрос и обниматься. А то самолет улетит без тебя. И меня не будет мучить совесть. Утащу обратно в свою гостиницу и буду любить до того момента, пока не поймешь, что на всем белом свете мне нужна только ты одна. Мой солнечный зайчик. Моя умопомрачительная, сногсшибательная, неповторимая девочка, - он подходит ближе, обнимая за талию. — Как ты могла не поговорить со мной. Зачем ты веришь всем подряд, разве я когда-нибудь тебе врал? — Укоризненно качает головой, не сводя с меня глаз.
Обнимаю его в ответ за шею и прижимаюсь лбом к груди. Неужто подруга рыжей все это выдумала? Зачем она так со мной поступила? Как же подло с ее стороны!
- Аля, подходит наша очередь, - кричит и машет ладонью мне тетя Тома. — Скорее иди сюда, - зовет на весь аэропорт.
Макс берет меня за руку, и мы бегом отправляемся к стойке регистрации. Подаем документы, ждем, когда нам выдадут посадочные талоны и заберут багаж. А потом Коршун снова утаскивает меня в сторонку, чтобы договорить.
- Слушай меня внимательно, зая. Я вернусь примерно через десять дней и сразу приеду к тебе. Не смей за это время крутить с кем-то еще. Оторву голову обоим. И не придумывай ничего лишнего. Я люблю только тебя, хочу, чтобы все у нас получилось и приложу к этому максимум усилий. Поняла меня, - взяв за обе руки, нагибается вперед, чтобы наши глаза были на одном уровне. А я киваю и сглатываю слезы радости. Неужто все обошлось, и мы сможем быть вместе.
Макс притягивает меня к себе и впивается в губы страстным жадным поцелуем. Обнимает так крепко, что сложно дышать. Мы не виделись каких-то полдня, но, кажется, нас разделяла целая вечность. Целуемся и не можем напиться друг другом. Обнимаемся и не можем насладиться друг другом.
Теперь я понимаю, любовь не делает жизнь легче и проще, но она придает ей яркость, смелость и смысл. И мы попробуем побороться за наше чувство, вопреки всему.
Ровно через десять дней к вечеру в квартире раздался звонок. Я все утро прихорашивалась, выбирала наряды, нервничала. Наше общение с Максимом не прерывалось не на минуту. Он звонил по вечерам, а в течение дня мы болтали в WhatsApp. Только я не думала, что он заявится прямо к нам домой.
Дверь открыла мама и опешила на пороге. Мой мужчина стоял с двумя роскошными букетами цветов и бутылкой вина. Так и произошло их знакомство. Мама весь вечер ошалело хлопала глазами, пока Макс деловито объяснял, кто он, из какой семьи и что у нас все серьезно. А еще что я буду часто оставаться у него дома и примерно к лету мы поженимся.
Если честно от его слов я тоже выпала в осадок. Такие далеко идущие планы мы с ним не обсуждали, и вообще не говорили о будущем. Поэтому он огорошил нас обеих. Я, конечно, старалась держать лицо и не показывать маме панику, но сама еле терпела, чтобы не вскочить и не устроить разборку прямо на глазах родительницы. А потому у нас с Максимом состоялся серьезный разговор.
Я никогда не планировала рано выйти замуж. Это уже не модно и вообще не полезно для развития личности. Я хотела сначала выучиться, насладиться свободной студенческой жизнью. Потом попробовать себя в профессии, понять, чего стою. Поездить, попутешествовать по миру. Решить, где хочу продолжить свою карьеру. Но Максим сказал, что ничего не мешает мне реализовать свои планы, будучи за ним замужем. И даже это ускорит их исполнение.
В общем, спорить с ним оказалось бесполезно, потому что если Коршун что-то решил, то его танком не сдвинешь, я уже это поняла и приняла. Но так просто не сдалась. Еще некоторое время кочевряжилась, пока сама не осознала, что не хочу расставаться с ним ни на минуту.
Примерно через месяц состоялось мое знакомство с родителями Максима. Коршун привез меня на торжество по поводу дня рождения мамы и представил всем родственникам и друзьям семьи, заодно на всеуслышание объявив, что я его невеста.
Отец Максима этой новостью был ошарашен. Как я потом узнала, давно существовала договоренность между семьями Макса и рыжей, что они поженятся. Оставалось только донести это до прессы, устроив пышное празднество.
День, когда у Макса с отцом состоялся разговор, я вспоминаю с содроганием. Я тогда так нервничала, что чуть с ума не сошла. Охрана заявилась прямо в квартиру Максима, когда мы уже собирались в тихой спокойной обстановке посмотреть фильм и поваляться дома. Чуть ли не под конвоем привезли нас в особняк и мужчины закрылись в кабинете за тяжелой дубовой дверью, а меня оставили в холле наедине с мамой Коршуна.
Кстати о ней. Мама у Максима потрясающая. Невысокая, стройная, очень ухоженная брюнетка, с добрыми карими глазами и ясной головой. Именно она тогда меня успокаивала, пока мужчины нервно орали в кабинете, вызывая во мне всплески паники.
