Молния с оглушительным треском взорвалась где-то под кораблём, оттуда послышался отчаянный визг – и исполненный надежды вой падальщика. Шар вакаахванчи сжался, выпуская воздух, корабль рванулся вперёд и проломился сквозь лиственный полог, собирая на себя воду, медуз и лохмотья мха. Инальтеки кричали что-то вслед, но сквозь шум дождя слов было не разобрать.
Фрисс слышал их голоса сквозь сон, когда вакаахванча дремала на высокой ветке, пристроившись в развилке гигантской Гхольмы. Поутру красные лепестки свисали с обшивки и торчащих из неё дротиков, и Нкуву вполголоса поминал мертвяков и мертвячину, затыкая бреши просмолённой паклей. Акитса, растянувшись на палубе, высматривал Инальтеков под деревом, но они прятались то под кораблём, то под ветками, не попадаясь на глаза. Одну стрелу он всё-таки выпустил – и, судя по гневному воплю, не промахнулся.
- Только ранил, – вздохнул он, поднимаясь с палубы. – Неудобный корабль у тебя, Нкуву Хвани. Как с такого стрелять?!
Инальтеки с новыми силами приступили к дереву – под днищем вакаахванчи что-то заскрежетало, захрустела кора, и Призыватель, подпрыгнув, кинулся к печи.
- Камса! Летим!
Шар протяжно зашипел, втягивая забортный воздух, сок пузырника забурлил под обшивкой, Нецис, усердно выцарапывающий из-под коры белых личинок, вздрогнул и выронил добычу.
- Сто-ой! – всплеснул руками Нкуву. – Шар порвёшь!
- Да чтоб вам всем… – буркнул Речник, высовывая руку за борт. – Хальга-тесси!
Хруст коры сменился треском ломающихся веток и приглушёнными проклятиями. Жгучие искры рассыпались по корням, заползая под кусты. Стрела с драным оперением свистнула вдоль борта, Фрисс охнул и отдёрнул руку – стеклянный наконечник распорол ему подушечку пальца.
- Водяной Стрелок! – крыса снова подпрыгнула и повисла на снастях, жадно глядя на кровоточащую ранку. Речник спрятал руку за спину и хмуро взглянул на Призывателя.
- Чего тебе?
- Та-а… Фрисс, иди сюда – у них на стрелах вся гниль болот, – покачал головой Нецис, показывая Речнику пузырёк зелья. Тот тяжело вздохнул. Как-то странно начиналось утро…
Солнце поднялось высоко, и облака, разорванные в клочья, прятались в листве, а снизу, от мокрых мхов, тянулись ввысь струи белесой дымки. Земля возвращала воду небесным озёрам, и в удушливом мареве все, даже южане, едва успевали утирать пот. Фрисс неохотно снял броню, бросил на язык крупицу гвайюсы и забрался под навес. Скоро он должен был сменить Акитсу у печи, и ему заранее было худо.
- Солнце нынче какое-то не такое, – заметил с носа Нкуву, щурясь на небо. – У него красные края.
- Глаза береги! – нахмурился Акитса. – Это у тебя красные пятна – досмотрелся на солнце!
«Как будто с каждым днём прибывает жара,» – вздохнул про себя Речник, убирая со лба мокрые слипшиеся волосы. Налобная повязка пришлась бы кстати, но Фриссу даже эта полоса ткани сейчас казалась слишком жаркой и тяжёлой.
Он подумал сначала, что ветка упала ему на голову – в ушах зазвенело, ослепительный белый свет залил всё вокруг. Нкуву вскрикнул, следом что-то шмякнулось на палубу, и Речник услышал тихий стон.
- Нецис?! – Фрисс рывком поднялся, отчаянно моргая – свет обжёг глаза, и сейчас всё тонуло в красном тумане. Сквозь дрожащее марево он видел небо, раскалившееся добела, и солнечный диск, на несколько мгновений распухший вдвое. Кто-то смотрел сверху на Речника, и этот взгляд пронизывал до костей. Спустя пару секунд Фрисс уже не чувствовал ни взгляда с неба, ни рези в глазах, и палуба вакаахванчи снова потемнела. На ней, обхватив голову руками, сидел Некромант и еле слышно шипел.
- Ал-лийн! – водяной шар рухнул ему на голову, хлынул вниз по хвосту корабля, развернулся и вылился на раскалённую печь.
- Квалухуди! – южанин шарахнулся от столба пара. Крыса, добежавшая уже до рычагов и перехватившая управление, сердито заверещала – пар её не задел, ей не понравилось то, что сказал Акитса. Фрисс не слушал, что кричат вокруг – он осторожно отвёл руку от лица Нециса и встревоженно посмотрел на мага.
- Ассинхи, та-а, ассинхи… – поморщился тот, вытирая лицо. – Всё хорошо, Фрисс.
- Это вспышка тебя ранила? – нахмурился Речник, заглядывая магу в глаза. – Всё небо пылало… Это Тзангол? Теперь он всё…
- Си-меннэль… огонь был белым, – покачал головой Нецис. – Он тоже может сжечь, но это не Тзангол. Это Зген. Ты почувствовал его взгляд? Ровно в полдень, когда солнце в зените… Та-а, илкор ан Ургул, я никогда не любил слишком яркое солнце… Зген что-то ищет. Думаю, мы оба знаем, что…
- Водяной Стрелок! Старик заболел? – Тарикча дёргал Фрисса за рукав. – Я сменю его на рычагах. Ему нужно помочь?
- Не надо, Тарикча. Сейчас мой черёд, – отмахнулся Речник. – Я отведу Нециса в тень и встану к рычагам. Погляди за кораблём секунду-другую…
- Это лишнее, Фрисс, – пробормотал Некромант, опираясь на плечо Речника. – Я скоро опомнюсь.
- Если Зген найдёт солнечного змея, что будет? – шёпотом спросил Фрисс, заталкивая Нециса под навес. Там с ночи остались подстилки и плетёные покрывала.
