Следователь с любопытством посмотрел на живот Лены, и кривая усмешка снова натянулась на его лице:
— Вы думаете, это поможет?
— А что поможет?
— Возможно, поможет что-то другое, но только не ваша беременность.
— А что другое? Деньги? — вдруг поняла Лена.
— Тише вы, не кричите так. Не деньги.
— А что?
— Вы могли бы убедить его отдать всё награбленное.
Странно было слушать такие разговоры — вор, награбленное. Лена совсем не хотела думать такое о Мишке. Разве он вор и грабитель? Нет.
— А я могу с ним увидеться?
— Могу это устроить, но опять же только для того, чтобы вы повлияли на него. Вы сможете сделать это?
— Я могу постараться, — ответила Лена, хотя совсем не была в этом уверена.
Пусть хотя бы дадут встретиться, а там уже как получится.
— Корякин на выход!
Мишка вздрогнул и вскочил с нар. Он не ждал допроса, вроде сегодня уже водили. У него всё пытаются выведать, где он спрятал деньги и шубы. Но Мишка не дурак. Он хорошо понимал раньше, понимает и сейчас — найдут деньги, будет дело, не найдут — не будет.
— Давай, удачи, — прохрипел сокамерник.
В комнате для встреч серые стены, стол и два стула. Вроде бы больше ничего, но Мишка знал, что у этой комнаты есть глаза и уши.
Вошел и остановился. Лена. Зачем она пришла? Дура. Только хуже может сделать. Сейчас расплачется и сиди, смотри на это всё.
— Миша! — она хотела встать, но охранник остановил.
Недовольный Мишка сел напротив и посмотрел на Лену. В одно мгновение, он словно перенёсся в её комнату, вдохнул аромат тепла и дома. Он почувствовал как ему хочется сейчас быть там у неё в спальне, в её кровати.
— Чего тебе? Выдавил он.
— Миша скажи им, где деньги и тебя отпустят.
— Ты зачем пришла?
— Увидеть тебя.
— Уходи. Я тебя видеть не хочу.
В глазах её испуг. Ему стало её жалко, но роль которую она сейчас играла, была решающей. Пусть она не знает этого, он сам решит как всё будет.
— Уходи! Ты мне не нужна. У меня есть другая девушка! Тебя я не люблю! — он говорил это громко, чеканя слова, как будто оттого как он их скажет зависело его будущее. Но ведь так и есть.
Слёзы застыли на её желтых ресницах. Кончик носа покраснел.
— Что ты говоришь? — она беспомощно стала озираться на охранника.
— Хватит ныть ты уже достала меня. Достала! Убирайся! И что бы я тебя не видел больше!
Он распалялся всё сильнее и казалось цель достигнута и уже никак эти полицейские не смогут повлиять на него.
— Я беременна, — вдруг сказала она.
На одно мгновение лицо его преобразилось, но только на мгновение.
— Ты мне не нужна! Забудь меня! Живи, как хочешь. Всё! Пока!
И он пошел к двери.
Домой Лена пришла в состоянии подавленном, если не сказать совсем плохом. В комнате упала на кровать и лежала так пока мама не постучала:
— Доченька, что ты? Тебе плохо?
— Мне плохо, — она посмотрела на маму и отвернулась к стене, — я не хочу, ничего. Я избавлюсь от ребёнка. Он сказал, что не желает меня видеть больше никогда.
Мама подсела на кровать и погладила Лену по спине.
— Солнышко моё, не волнуйся мы справимся. Не нужно торопиться. Ребёночек ни в чём не виноват.
Прошла пара недель. В кондитерской Солнцевых что-то витало в воздухе. Что-то задумывалось. Ещё ни кто из них не знал этого наверняка, но уже каждый имел в уме выход из сложившейся ситуации.
Первым заговорил Гришка.
Как-то так получилось, что оказались все в зале в одно время Лена, мама, отец и Гришка, в какой-то момент всеобщего обсуждения ассортимента Гришка вдруг спросил, как будто сразу у всех:
— Я хочу жениться на Лене. Будете вы, портив? — он обернулся к родителям, которые замерли и переглянулись.
Лена за прилавком медленно опустила взгляд, словно давая позволение говорить о себе и решать за себя. Будто перекладывала на других ответственность за свою жизнь и будущее.
— Мы не против, — сказал Антон Лукич.
Все повернулись и посмотрели на Лену. Она молчала, а потом, как будто дело касалось совсем простого вопроса — кивнула. Все заулыбались, начали поздравлять друг друга. Отец развеселился, хлопал Гришку по плечу и тряс ему руку. Мама кинулась к Лене и громко целовала её в щёки. Лена улыбалась и поглядывала на глупо улыбающегося Гришку. А он, словно не верил, что слова его произвели такой эффект оглядывался по сторонам и казалось, хотел ещё что-то добавить.
Так, в один момент всё стало налаживаться. Сами собой потекли дни приготовления к свадьбе. И хоть звать гостей и родственников ни кто не собирался, но всё же нужно было соблюсти некоторые законы приличия.
Лена была в состоянии, как будто не своего тела и разума. Делала всё правильно и так как нужно, но только под влиянием общей цели. Она старалась не останавливаться и не задумываться. Не цепляться за прошлые дни и начинать выстраивать планы. Старалась вспомнить то чувство, которое вызывал в ней Гришка в те дни, когда только, только пришел к ним работать. Когда она влюбилась в него.
