Сэс рухнула на диван, жестом попросила у Марии пульт и сделала звук погромче. Это было интервью, которое ее отец давал три года назад светскому репортеру перед началом церемонии вручения кинонаграды. Тогда она сопровождала своего отца, которого в третий раз номинировали как лучшего продюсера, однако и тогда ему не суждено было получить статуэтку киношного рыцаря на бобине с кинопленкой. Такое часто случается. К разочарованиям приходится быть готовым и уметь сохранять лицо.
Но это были только кадры. Голос, который им аккомпанировал, говорил совершенно иное, к карьере ее отца не имеющее никакого отношения. В миг, когда оператор ухватил ее крупным планом, кадр замер. А комментатор продолжал вещать:
– Директор по проектам и вице-президент «Хадсон пикчерс», а также внук глубокоуважаемой и несравненной Лилиан Кольбер, известный в Беверли-Хиллз плейбой Джек Хадсон три года назад имел романтические отношения с Шерил, дочерью знаменитого продюсера Мартина Кэссиди и его супруги и партнерши Кейт Томас. По сведениям из достоверных источников, их роман длился несколько месяцев, что по меркам самого мистера Хадсона – большой рекорд, после установления которого наследник и убежденный холостяк переключился на всем известную сексапильную диву, Стефани Папазьян, отношения с которой, однако, прекратились так же стремительно, как и начались, что для мистера Хадсона скорее излюбленное правило, чем исключение. Этот список можно было продолжать долго. Похоже, наш блистательный плейбой и баловень судьбы намерен многое успеть, но так и не понял, что у него появилось дитя любви. Нам бы очень хотелось услышать комментарий от самого Джека Хадсона, – высказал пожелание светский комментатор за кадром.
Сэс нажала кнопку на пульте, и экран погас.
– Мамочка, а что такое дитя любви? – пролепетал Тео.
– Что, сынок? – спросила она, надеясь, что неверно расслышала.
– Дядя сказал про дитя любви, – пояснил малыш.
Если бы она продолжала тихо жить в своем бунгало в Санта-Барбаре и растить сынишку, никому и в голову не пришло бы копаться в архивах в поисках случайной видеозаписи, опрашивать «достоверные источники», лезть в ее жизнь. Но она предприняла серьезную попытку стать частью киноиндустрии и не замедлила получить результат в виде упоминания в светской хронике, которая немыслима без беспардонного вторжения в интимные тайны публичных людей. Оставалось только гадать, откуда они все прознали, кто послужил тем «достоверным источником», и ждать реакции.
Реакция последовала почти мгновенно. Через пару часов в ее дверь уже стучал Джек Хадсон. Сначала он делал это деликатно, но спустя некоторое время стал буквально ломиться, срывая дверь с петель.
Помимо паники Сэс задерживало еще и желание привести себя в порядок, прежде чем распахнуть дверь перед незваным и запоздалым гостем.
Она уже стояла в прихожей, поправляя на себе платье и прическу, когда услышала зычное требование:
– Открывай, Сэс. Немедленно открывай! Или же я высажу дверь! Я знаю, что ты дома! Твоя машина здесь, в комнатах свет, я видел твой силуэт! Открывай!
Шерил резко распахнула дверь перед Джеком Хадсоном и перегородила дорогу внутрь дома.
– Я вовсе не обязана нестись к двери по первому же требованию. Никогда больше не смей так безобразно барабанить ко мне в дом. Ты напугал ребенка своими дикими криками. И я не пущу тебя на порог, если ты немедленно не подожмешь хвост! Ты все понял? – четко выговорила ему она.
– Понял. Пусти, поговорить надо! – попытался он двинуть ее плечом и сместить с пути.
Но хрупкая девушка решительно оттолкнула его назад.
– Явился без приглашения, так по крайней мере веди себя прилично! – потребовала она.
– А мне сейчас не до приличий, знаешь ли! Ты телевизор видела? – спросил он.
– Если ты имеешь в виду ночную сказку, то да, – кивнула она.
– Не виляй, Сэс. Это правда?
– Что? – подчеркнуто тихим голосом спросила его Шерил.
– То, что Тео – мой сын, – так же тихо процедил Джек.
– Да, – коротко ответила она.
– Черт возьми, Сэс! – взревел мужчина.
– Послушай, Джек… – попыталась она урезонить бывшего любовника.
– Да не нужны мне твои извинения! – эмоционально взмахнул он обеими руками.
– А я и не собиралась извиняться перед тобой! – не преминула взбрыкнуть Шерил. – Интересно, за что? Я, в отличие от тебя, хорошо помню, как мы расставались. О беременности же я узнала, когда сбежала в Европу от всех этих воспоминаний.
– И ты решила воспользоваться этим, чтобы сохранить свою беременность в секрете от меня!
– Все, что я надеялась сохранить, это свое душевное спокойствие и психическое равновесие, которые мне сейчас крайне необходимы. И мне совершенно безразлично, как ты все это расцениваешь, папаша! – саркастически бросила она.
– Отличный реванш, Сэс! Ничего не скажешь! – патетически воскликнул Джек.
