– Фон еще не прописан. Это уйдет, - сухо объяснил он, - Я же говорил вам, что нельзя смотреть неготовую вещь. Все это еще напишется.
Внутри у него росло раздражение.
– Ну хорошо, Борис Михайлович. Я ухожу. Когда мне прислать за портретом?
– Через три дня.
Художник проводил ее до передней, раскланялся.
И решил сразу, по свежим следам поработать над фоном. Широкой кистью и мастихином он сделал несколько энергичных мазков, однако больное плечо стало опять ныть, и он стал механически вытирать кисти, опуская их в скипидар.
В голове бились мысли о следующем заказчике, который должен скоро прийти, и вообще обо всех этих "именитых", с которыми он оказался столь роковым образом почему-то связанным. Когда-то он трепетал перед ними, с великим тщанием работая над "Государственным Советом"- Теперь по-деловому сажает их в нужные позы, командует, как Веласкес, натурщиками.
Да, Веласкес, властелин кисти... Нельзя было оторваться в музее Прадо от его инфант, карликов, от его гениального портрета семьи Филиппа. При широком, сочном мазке почти прозрачное письмо! И как смело он поставил в центре картины свою любимую маленькую инфанту, рядом карлицу, а короля и королеву изобразил лишь отраженными в зеркале...
Кустодиев так любил искусство старых мастеров, что даже при одном воспоминании о Веласкесе он "отошел" немного. Улыбнулся, вспомнив, как хороши сегодня были волосы у Таганцевой.
Ах, эта рука, почему она так болит, давит сердце... Это совсем ни к чему сегодня. Через час придет светлейший.
В дверь постучали, и появилась мать, Екатерина Прохоровна, которая недавно приехала к ним. Кустодиев почему-то с пронзительной ясностью вдруг увидел, как она постарела. Вот кого надо писать. Не Та-ганцеву, а ее! Сколько он помнит, всегда взгляд матери выражал немой вопрос: как сын, что он?
– Спасибо, милая! - Он обнял ее. Пообещал к трем часам, когда придут сестра с братом, выйти в гостиную.
Она тихо закрыла за собой дверь.
...Князь Голенищев-Кутузов сел в кресло с царственным достоинством. В отличие от Таганцевой он не был говорлив, не менял позу, зато впадал в сонливость.
И снова палитра с красками, мольберт, кисти. А где-то в глубине смутное недовольство тем, как все это похоже, как натурально...
Он писал однажды: "Если меня что привлекает, так это декоративность. Композиция и картина, написанная не натурально и грубо вещественно, а условно-красиво. Вот почему я не люблю своих вещей, в которых все это есть".
Князь и Таганцева были именно грубл естественны, похожи.
– ...Превосходно, в высшей степени натурально, - сказал князь по окончании сеанса. - Весьма и весьма. Не то, что у этих... импрессионистов. Видели днями во дворце Моне, Ван-Гога, Матисса... и еще кого-то, запамятовал. Как вы смотрите на них, Борис Михайлович? Не правда ли, это ужасно? Мазня, беспорядок... Я говорил с его величеством - он думает так же.
Художник сдержанно ответил:
– Мне лично работы импрессионистов кажутся очень интересными. Они расширили возможности искусства.
– Но они исказили мир жизни, - настаивал князь, - у них это все так зыбко...
Об импрессионистах Кустодиеву пришлось вести разговоры и с царем во время сеансов для скульптуры в мраморе. И потом, когда делал портрет Николая. В одном из писем он писал:
"Ездил в Царское 12 раз; был чрезвычайно милостиво принят, даже до удивления - может быть, у них теперь это в моде - "обласкивать", как раньше "облаивали". Много беседовали - конечно, не о политике (чего очень боялись мои заказчики), а так, по искусству больше, но просветить его мне не удалось - безнадежен, увы... Враг новшества, и импрессионизм смешивает с революцией: "импрессионизм и я - это две вещи несовместимые", - его фраза".
Ох уж это потребительское отношение к искусству, как он от этого устал!
Недавно его пригласили вести занятия в мастерской художницы Е. С. Зарудной-Кавос. Он сначала согласился. Но эта знатная дама ставила ему условия, с помощью его имени делала рекламу, больше думала о выгоде своего предприятия, чем об искусстве. Все это не нравилось Борису Михайловичу, и в конце концов он написал резкое письмо, которым порывал всякие отношения с мастерской Зарудной-Кавос:
