Но Бесс смотрела через ее плечо - на дверь, и Елизавета резко обернулась, сразу увидев, что на пороге неподвижно стоит Сесилия.
Бывшая королева пришла в себя первой. 'Сесилия, ты нас напугала! Долго стояла здесь?'
'Слишком долго, мама'. Сесилия вошла в комнату и направилась к сестре. 'Бесс, тебе не следует этого слушать, не следует! Матушка ошибается, подобный союз никогда не сможет состояться, никогда-'
Бесс вскочила на ноги, полная внезапного необъяснимого стыда. 'Я не желаю об этом говорить, Сесилия. Нет, мама, с вами тоже. Я...я наведаюсь в конюшни, проверить, как там моя кобыла'. Она схватила плащ и бегом покинула комнату.
Сесилия хотела последовать за сестрой, но помедлила и обернулась к матери. 'Господи, мама, что вы натворили?'
Брови Елизаветы непонимающе взметнулись. 'Я думаю, это очевидно. Я пытаюсь сделать твою сестру королевой Англии. И если бы в твоей голове наличествовал разум, ты бы совершила все, что в твоих силах, чтобы помочь мне-'
'Мама, не надо! Дикон никогда на Бесс не женится. Разумеется, вы должны это знать?'
'Ни о чем подобном не имею представления. Как и ты, Сесилия. А сейчас предлагаю тебе присесть и помолчать, пока я объясню-'
'Мама, я слышала, все слышала - о разрешении Папы Римского, о Бофорах - все. И говорю вам, - этому не бывать никогда. Английский народ подобного союза не одобрит, - узы крови слишком тесны. Да даже если бы и одобрил...даже тогда, этому не бывать. Да, Бофоры получили законное признание, но у них другая ситуация, мама, разве вы этого не понимаете? Узаконить Бесс значит узаконить также и Эдварда с Диконом, а данный шаг - то же, что и подписанное Диконом признание в смерти племянников. Даже существуй способ это обойти, хотя я его не нахожу, если сейчас Бесс можно признать, почему нельзя было подобное проделать два года тому назад для Эдварда? В отношении Дикона брак с Бесс превратится в доказательство, что его собственное право на престол недействительно, поддельно. Он ничего не выиграет, заключая такой союз, а потеряет очень многое. Именно вы, мама, постоянно повторяли нам, что мужчины всегда поступают, исходя из их личных интересов, помните? Так вот, как может быть возможным, чтобы Дикону оказалось выгодно жениться на девушке, заклейменной парламентом незаконнорожденной, плюс его родной племяннице? Как, мама?'
Елизавета направилась к туалетному столику и взяла зеркало. 'Я осознаю, что предстоят трудности, Сесилия, и великое множество. Но, что тебе до сих пор не ясно, так это, что все в нашей жизни представляет собой азартную игру. Какой бы малой возможностью устроить данный союз мы ни обладали, если даже не попытаемся, то вообще останемся ни с чем. Только подумай об этом, Сесилия, подумай о том, чего мы способны достигнуть, разве не стоит оно риска?'
'А Бесс, мама? Что с тем, что ей придется потерять?'
Бывшая королева пододвинула к себе горшочек с губной помадой и опытной рукой нанесла. Женщине совсем не хотелось ссориться с младшей дочерью, она была слишком довольна тем, как прошла беседа с Бесс, чтобы позволить чему-либо ее раздражить, пусть и упрямому противоборству Сесилии.
'Твоя сестра любит Ричарда', - произнесла она ледяным тоном. 'Вероятно, ты этого не поняла, дорогая'.
'Да, мама, я знаю', - ровным голосом ответила Сесилия, и Елизавета обернулась, смерив дочь изумленным взглядом.
'В самом деле? Хорошо, тогда ты, разумеется, осознаешь, что я стараюсь дать ей то, чего она больше всего желает, - сделать королевой Ричарда'.
'Она не желала этого, мама. Пока вы не вложили данную мысль ей в голову'.
'Думаешь, нет? Значит, ты еще чересчур юна-'
'Мама, я лучше вас знаю Бесс. Да, ее тянуло к Дикону, я видела это много месяцев назад, и я поняла сестру. Дикон был самым близким для папы человеком, а в последний год они каким-то образом смешались в ее голове и сердце. Она испытывала пустоту, Дикон же находился рядом и заполнил этот пробел. К тому же он тоже в последние двенадцать месяцев не испытывал ничего, кроме горя, а Бесс всегда обладала доброй душой и легко склонялась к сочувствию. Но она не совсем разобралась в своих чувствах, - я это точно знаю. Как только пройдет достаточное количество времени, Дикон подберет ей подходящего мужа, и нынешние эмоции Бесс забудутся, не успев причинить никому вреда. Но сейчас...
Прости вас Бог, но вы не только вынудили Бесс признаться себе в запретном притяжении, но и убедили ее, что это чувство совершенно нормально! Я слышала, что вы говорили, мама, о счастливой развязке, которую для нее выплетали! Как вы могли проявить подобную жестокость? Как могли так поступить с Бесс, давая ей надежду там, где она напрочь отсутствует?'
'Сесилия, нет смысла обсуждать это далее. Ты еще ничего не знаешь о происходящем между мужчинами и женщинами. Люди не всегда поступают, исходя из логических соображений, как ты, несомненно, поймешь когда-нибудь по собственному опыту'.
'Вы используете ее, матушка!'
