Он звучно поцеловал тетушку и пообещал ей внучатого племянника или внучатую племянницу сразу же, как природа начнет с ним сотрудничать. Графиня долго была молодому человеку, словно мать, и Бесс в полной мере насладилась часами, проведенными в их большом доме, в котором граф показывал свою удивительную снисходительность к наполняющим особняк внукам.
Также они посетили лорда Бернерса в его жилище в Кенте, где атмосфера отличалась большим спокойствием. Покинув Лондон, свекр Бесс получал там удовольствие от одинокого и тихого состояния. В конце концов, Хамфри сказал жене, что они выполнили свой долг и могут вернуться домой, невыразимо ту обрадовав. Леди Буршье начала лучше понимать мужчину, за которого вышла замуж. Она обнаружила, что тот замечательный, что получает удовольствие, часто развлекая друзей в главном зале их особняка, едва ли достаточно вместимом, дабы назвать его таковым. Компания оставалась разговаривать и выпивать еще долго после того, как Бесс уходила. Девушка могла слышать отзвуки их голосов, иногда поднимающихся в песне, пока она лежала в кровати, ожидая возвращения Хамфри. Он регулярно доказывал ей свой любовный пыл, хотя, по мере налаживания нового образа жизни, супруг чаще оставлял Бесс днем в обществе других дам. Снова и снова они устраивали для общих друзей ужины, в числе которых обычно присутствовали лорд и леди Гастингс, ибо Бесс нашла в Екатерине Гастингс человека, схожего с ней по духу.
Временами Хамфри приглашал сэра Джона Пастона, и тот приносил Бесс новости о народе, живущем, казалось, совершенно в ином мире. 'Я тоже стремлюсь подняться', - признался он, в чем хозяйка дома заметила самонадеянность. 'Герцог Норфолк обещал мне свою милость. Льщу себя надеждой добиться руки леди Анны Хот, как вам известно, приходящейся королеве кузиной'.
'Да, я это знаю', - саркастично подтвердила Бесс, - 'при дворе можно часто ее встретить'.
Бесс отдавала предпочтение младшему брату сэра Джона, второго Джона, и сожалела, что не он пытался пробить себе дорогу в Лондоне. Тем не менее, стоило сэру Джону заговорить об Эшвелторпе и о событиях в графстве, как леди Буршье чуть ли со стыда не сгорала, понимая, как мало тоскует по прежней жизни. По сравнению с настоящей, та представлялась слишком унылой.
И Хамфри, и его отец были вызваны в Вестминстер и пожалованы должностями при новом дворе королевы. Однажды утром, вскоре после их возвращения из Кента, в конце концов, прибыл юноша в ливрее свиты Елизаветы и сообщил о просьбе, адресованной к леди Буршье, прислуживать этим вечером Ее Величеству.
Бесс отвели в покои, выходящие на реку, и там она увидела Елизавету. Королева сидела за столом, усеянном кольцами и брошками, вышитыми перчатками и шалями. Рядом с Елизаветой находились ее невестка, леди Скейлз, и две служанки. Ее Величество все еще пребывала в нижнем платье, золотистые волосы свободно струились по спине, еще сильнее подчеркивая красоту владелицы. Елизавета улыбнулась и протянула руку, Бесс встала на колено, чтобы ее поцеловать.
'Ну вот', - произнесла королева, - 'разве я не обещала тебе место при себе? Отныне оно у тебя есть. Ты присоединишься к моим дамам в спальне'.
'Вы очень добры, Ваша Милость', - официально ответила Бесс, но потом торопливо добавила: 'Я так рада. Мне было страшно, что вы забудете обо мне. Когда можно приступить?'
'Леди Скроуп расскажет тебе о твоих обязанностях. Найдешь ее во второй комнате, подготавливающей мое платье. Сейчас - это все'.
Потрясенная, Бесс встала и порывисто еще раз взяла руку Елизаветы.
'Моя дорогая', - заметила королева, - 'тебе не следует так поступать, пока я не протяну ладонь. Мы уже не в Графтоне'.
Она сопроводила свои слова милостивой улыбкой, но после того, как Бесс сделала реверанс и ушла, вспомнила то особенное графтонское утро и поняла, что многое, действительно, радикально изменилось.
Леди Скроуп происходила из Йоркшира и была ближайшей подругой королевы, женщиной простой, но энергичной и разумной. 'Леди Буршье', - поприветствовала она Бесс кратким кивком, - 'скоро вы изучите все необходимое. В течение двух недель из четырех вы станете жить при дворе, если только не поступит иных повелений. Надеюсь, комнаты для вас и сэра Хамфри уже готовы, и вы в любое время сумеете оказаться в области доступа, чтобы оказаться полезной Ее Милости. Понимаю, вы давно знакомы с королевой, но не следует извлекать из этого выгоды'. Леди Скроуп увидела выражение лица Бесс и прибавила: 'Это не столь тревожно, я веду речь лишь о серьезных случаях. Просто помните, перед вами больше не леди Грей, перед вами - королева Англии'.
Леди Скроуп продолжила показывать Бесс, где хранятся платья королевы, где заперты шкатулки с ее драгоценностями и где располагаются ключи, отданные под ответственность дежурной фрейлины. Бесс слушала, но внутри нее взрывалось острое разочарование, - она надеялась на теплые объятия, на разделенную радость общей тайны, поднявшей Елизавету на столь высокий уровень, и на удовольствие от оказанной себе чести.
