– С вашей женой все в порядке?
– Дана! Проснись, мы приземляемся! – Ярослав тряхнул жену за плечо.
Дана издала полустон-полувздох, с трудом разлепила веки.
– Что?.. – пробормотала она, фокусируя взгляд на молодой стюардессе. От нее исходил аромат пионов. Едкий и навязчивый, а не утонченный и нежный, каким пользовалась мама. Проводница раздвинула алые губы в искусственной улыбке.
– Мы снижаемся. Вы не проснулись даже во время турбулентности, хотела убедиться, что вы в порядке. – Проявив профессиональную вежливость, стюардесса улыбнулась паре еще раз и переключила внимание на пассажира в правом ряду.
Дана вздохнула, откинулась в кресле и сонно потерла глаза.
– А ты чего меня не разбудил?
Ярослав странно поглядел на нее, его широкие брови свелись к переносице.
– Я будил тебя. Несколько раз пытался, но тщетно.
– Не надо нам было ехать… – тихо проговорила жена.
– Что? – Ярослав повернул к ней голову, отвлекшись от созерцания округлостей стюардессы, которая помогала пристегнуться мужчине в соседнем ряду.
– Ничего, – тихо ответила Дана, делая вид, что не заметила интереса мужа к другой женщине.
Перелет из Храброво в Шереметьево занял около двух с половиной часов. Ярослав выглядел бодрым и отдохнувшим, а его белая футболка и джинсы, казалось, были только что куплены в магазине. Он катил по извилистому муравейнику-аэропорту чемодан, а Дана в мятом платье цвета кобальта несла легкую дорожную сумку.
– Сразу к Мите заедем, заберем джип и по Ярославке помчимся, да? – с долей сомнения сказал муж. Дана кивнула, все еще не переставая думать о пугающем сне. – Ха, Ярослав по Ярославке, – усмехнулся любимый. Жена улыбнулась краешком рта и поддакнула:
– Едет в Ярославскую область. – «Эту шутку я слышала уже раза три, с тех пор как мы выиграли путевку», – с досадой отметила она, продолжая натянуто улыбаться.
Москва встретила пару проливным дождем. Барабанами грома, зигзагами сверкающих молний. Неулыбчивым таксистом и неловким молчанием. Первое впечатление о столице было испорчено. В такси Ярослав увлекся беседой с другом по телефону, а Дана прислонилась к холодному окну. Она наблюдала, как за стеклом, по которому соревновались в забеге капли дождя, мелькают все те же коробки зданий и башни новостроек. «И никакого тебе моря», – с тоской подумалось ей.
К загородному дому Мити они подъехали спустя два часа, ливень, омыв город, закончился. Жена друга, Майя, выбежала из коттеджа навстречу Дане с распростертыми объятиями. Смахивающий чем-то на бурого медведя Митя крепко пожал Ярославу руку и дружески хлопнул того по плечу. Друг тряхнул шапкой рыжеватых волос.
– Ну что, гости дорогие, по чаю с пирожными? Или?.. – Митя сделал характерный жест, щелкнув себя пальцами по шее. От жены это не укрылось.
– Даже не думай! Только протрезвел! – Майя даже топнула изящной ножкой, расправила плечи. Подруга походила на фарфоровую статуэтку, правда, с весьма суровым выражением лица. «Балерина один раз, балерина навсегда», – улыбнулась Дана, окидывая взглядом хрупкую фигурку Майи. Она порой завидовала стойкости подруги, которую не сломила ни авария, ни уродливый шрам на ноге, ни загубленное балетное прошлое. «А я не знаю, что буду делать, если лишусь работы в библиотеке…»
– Душа моя, опять в своих мыслях витаешь? Вернись к нам на землю. Прием! – хлопнул в ладоши Ярослав.
– Да, не стоит пить, тебе же еще за руль, – тихонько проговорила Дана. Внезапно ее объял холод, захотелось закутаться в любимую вязаную кофту. Ярослав обжег жену злым взглядом.
– Я и не собирался, – громко, с фальшивой улыбкой на тонких губах произнес он. – Не позорь меня, – добавил Ярослав опасным шепотом так, чтобы его услышала лишь Дана. Та съежилась, словно устрица, политая лимонным соком.
– Мы поедем тогда, Мить. А то опять ливень хлынет, все дороги размоет.
– Так асфальт же… – Дана не успела закончить фразу, пронзенная ледяным взглядом мужа. «Не умничай», – читалось в его абсентовых глазах.
– Быстрее бы доехать, – выпалила Дана, вновь обнимая Майю. Подруга шепнула ей в волосы:
– Звони, если что.
В старенький джип «Чероки» Дана села с тяжелым сердцем. В ушах шумел прибой, ладони стали влажными. Она вытерла их о подол платья и отвернулась к окну.
– Да уж, молодцы Зимушкины, – выдавил Ярослав, поворачивая ключ зажигания. – Переехали в Москву. И квартира у них теперь, и дача… и никакого моря им не надо.
Дану точно кольнули иглой. Разговор о Москве состоялся всего раз. Тогда жених предложил перед свадьбой начать новую жизнь в столице, а Дана отшутилась, что ей будет не хватать грохота волн. «Подумать не могла, что он всерьез обиделся на меня», – бегущей строкой проскочила в ее голове мысль.
