Девушка опустилась у борта, радуясь, что почти вся одежда осталась при ней и сетуя, что самокрутки исчезли без следа. Подняв голову, увидела руины вместо сверкающей чистотой палубы, полные десятков трупов шелки. И нескольких недвижимых матросов. Чуть поодаль рядом с полностью покрытым чёрной кровью Артаном, из-за чего Анка не сразу признала его, возник слабый призрак Агондария, который, прежде чем вновь исчезнуть, с какой-то королевской торжественность заявил:
— Ради того, что сделала краснокрылая драконица, я добуду вам яд, способный усыпить хоть саму тьму!
Усмехнувшись, Анка перевела взгляд на свои руки, покрытые ранами и волдырями от сильнейших ожогов. Слишком мощное пламя пришлось выпустить. Даже тело дракона не предназначено для такого огня. Вернее, тело
Подошедший окровавленный Се́дов, который во время боя не упустил ни единой драки, ввязываясь в каждый поединок, стремясь спасти всех членов команды, опустился рядом с ней, и попытался взять Анку за руку, однако не вышло — девушка была разгорячена боем, её тело слишком нагрелось, так что и вода под ней испарялась, превращаясь в клубы пара.
— Горячая ночка, — сухим надсадным голосом сказала она, оглядываясь. На глаза вновь попался Артан, отмывавший полотенцем окровавленное лицо, при этом сплёвывая на пол густую, чёрную кровь. Чуть поодаль Деян, что-то говоривший уцелевшему Порку. С его лица слетела маска и навигатору трудно было смотреть в глаза собеседнику, не обращаясь при этом на уродливую половину.
В дальнем конце нижней палубы матросы пытались привести в чувство толстого кока, рубившего шелки огромным тесаком, а теперь лишившегося части пальцев на руках. Людских тел было меньше, чем думала Анка, но для такой слаженной команды потеря одного — трагедия и настоящая беда. Потеря нескольких… то, что навсегда останется в их памяти.
— Мы делаем это не ради славы, ведь о нашем подвиге никто не узнает, — задумчиво протянул Се́дов, следуя за её взглядом.
— По законам нашей родины — мы преступники. Нас ждёт казнь от Чёрной Пьетты или ещё что похуже, — устало ответила Анка. Биение её сердца замедлилось, и она сплела пальцы рук с мужчиной. — Теперь король знает где мы и что делаем. Он отомстит. Нужно уходить.
Се́дов поцеловал её пястье и медленно поднялся — сказывались небольшие раны на плече, руках и спине. Он поднял девушку следом за собой, отмечая, как быстро светлеет в этих широтах — на горизонте уже розовел рассвет. Анка, стоявшая спиной к борту корабля, выглядела просто ужасно: её лицо покраснело до блестящей корки, а губы полопались до крови, но даже в таком жутком виде, девушка привлекала его.
Он видел её огонь. Её смелость. То, что она сотворила под водой, — это не просто огонь дракона, это вызов самой природе, это преодоление всяческих барьеров, о которых мужчины и не слышали в дни Осеннего равноденствия. Такая мощь и в теле драконицы! Он боялся, что, воспользовавшись огнём, она уже не сможет вернуться назад. Но вот его Ани здесь, стоит рядом и улыбается, будто догадывается, о чём он думает. Её волосы разлетаются от лёгкого бриза. Мокрая одежда аппетитно облегает округлые формы, и она облизывает губы, подсказывая, о чём сейчас думает сама.
И только Се́дов собрался притянуть её к себе, чтобы вспомнить, какая она на вкус, как что-то взметнулось вверх с высокими и мощными волнами, перевалившими через борт, и вырвало её из рук, при этом снося его с верхней палубы, что он стукнулся головой о мачту, теряя сознание. Последнее, что увидел мужчина, как Анка теряется в фонтане брызг за бортом, будучи в петле из чёрных длинных волос шелки.
Селеста
Ночью меня тошнило. Скрутило так резко, что я чуть не захлебнулась рвотой, переворачиваясь на живот и падая с кровати на пол. Это было похоже, как окунуться в мокрый, густой туман холодной кожей. Я моментально взмокла и не могла остановиться, сжимая пустой желудок, слепо шаря рукой в поисках переключателя от настольной лампы.
Проснувшийся Никлос включил верхний свет, и, быстро оказавшись рядом со мной, ощупав мой лоб, заглянув в глаза и убедившись, что мне стало чуть полегче, самолично отнёс в ванную, где помог умыться. Он кликнул прислугу, чтобы те прибрались в его спальне, заявив, что остаток ночи проведём у меня. И похлопал по спине, когда я попыталась возразить, но в процессе меня вновь скрутило и я упала на колени рядом с унитазом.
