«Трудно, — думала Тесса, — делать вид, что тебе весело, когда все вокруг напиваются, а ты остаешься трезвой как стеклышко. И уж совсем невыносимо, когда все ликуют, а ты сидишь и думаешь, почему после шести месяцев безо всяких проблем вдруг появилась тупая боль внизу живота». Она не автослесарь, но ощущение было такое, словно она вот-вот развалится на части, как старая колымага.
— Я подожду здесь, — сказала Тесса Россу, когда Холли с Максом уже вышли из ложи.
Он недоуменно на нее посмотрел.
— Ты не можешь здесь остаться, Тесса! Мы же идем к Ромашке. Она только что бежала самую важную в ее жизни дистанцию.
— И ты в нее влюбился, — сказала Тесса, пытаясь превратить все в шутку, что ей, однако, плохо удалось. — Может, я ревную. Послушай, я просто хочу здесь посидеть. Увидимся, когда вернетесь.
— С тобой все в порядке? — обеспокоенно спросил Росс, одновременно стараясь подавить в себе чувство досады. Он так старался, чтобы день был для Тессы приятным, а она опять чем-то недовольна и делает вид, что скучает. Когда на ее лице появилось выражение замкнутости, которое всегда его так раздражало, Росс понял, что Тесса снова отталкивает его от себя и о только-только установившихся счастливых, беззаботных, доверительных отношениях между ними можно забыть.
— В порядке, — коротко ответила она.
— Ладно, — сказал Росс и повернулся, чтобы идти. — Увидимся позже. Одна тут слишком сильно не веселись.
Холли догадалась, что что-то не так, как только заметила в дальнем конце двора стоящих вместе Росса и дочку Колина Имза. О чем они говорили, Холли не слышала, но язык жестов был достаточно красноречив. Рэйчел Имз, сексапильная девятнадцатилетняя девица, поправляла густые черные волосы, облизывала бледные губы и для выразительности брала Росса за локоть каждый раз, когда нагибалась к нему, чтобы прошептать что-то на ухо. Росс ее смешил. Ни он, ни она не проявляли ни малейшего интереса к Ромашке, которая расхаживала по двору конюшни, накрытая белой попоной, и наслаждалась вниманием, которое уделяли ей Макс, Колин Имз, ее конюх и другие восхищенные зрители.
Осмелевшая от алкоголя и собственного счастья, Холли двинулась — не очень уверенно из-за высоких каблуков — через вымощенный булыжником двор.
— Пару слов с глазу на глаз, если не возражаешь, — сказала она, обратившись к Россу, но одновременно сумев бросить надменный взгляд в направлении Рэйчел Имз.
— У тебя вид борца за правое дело, — заметил Росс, когда они уединились. Сейчас он не улыбался.
— Ну и в чем дело? — резко спросила Холли. — Черт побери, Росс, зачем тебе это надо? Что ты хочешь доказать?
Он нахмурился.
— Мы просто разговаривали.
— Чушь, — откровенно заявила Холли. — Ты специально с ней заигрывал. А где Тесса?
— Не посчитала нужным пойти, — растягивая слова, произнес Росс. — Решила, что это не стоит ее трудов. И не мне напоминать тебе, какой она бывает упрямой, когда…
— Она же ждет ребенка! — взорвалась Холли. — Может, она устала. Тебе такая мысль приходила в голову или ты был слишком занят? Ты пудрил мозги другим женщинам, и об этом думать было некогда?
Росс недоверчиво посмотрел на Холли.
— Мы оба говорим об одной и той же Тессе Дювалль? Да она здорова как бык! По много миль ходит пешком, всюду ездит на своем чертовом велосипеде и отказывается брать у меня машину… да она крепче меня. Тессе просто все надоели. — Он указал на собравшихся вокруг Ромашки. — Я так хотел, чтобы ей было сегодня весело. Я хотел показать ей, какая у нее со мной будет жизнь. На любую нормальную женщину это произвело бы впечатление… на тебя ведь это произвело впечатление?
Росс взывал о помощи, и Холли не могла не откликнуться. Росс не привык к тому, чтобы его что-то ставило в тупик, а сейчас он явно пребывал в растерянности. И это ему шло, хотя сказать ему такое Холли бы не посмела.
Она улыбнулась, затем поежилась. Бледное солнце скрыли грязно-серые облака, дул ветерок.
— Тессе, правда, было очень весело. День прошел замечательно. Но она в положении, а женщинам в положении время от времени нужны передышки. И очень неплохо, — сказала Холли строго, — когда сопровождающие их мужчины проявляют хоть немного понимания. А если просто вспылить и пойти любезничать с первой попавшейся девицей, это ничего не решает. Как и, — добавила она как бы между прочим, — если взять у них номер телефона.
Росс улыбнулся. Холли не брюзга, да и не дура. Он снял с себя темно-синий блейзер, накинул его ей на плечи, из грудного кармана вынул мятый билет тотализатора и сунул в ладонь Холли.
— Она сама дала мне свой телефон, — сказал он. К нему снова вернулось хорошее настроение. — Но не волнуйся, звонить я не собирался.
— Знаю, что не собирался, — самодовольно произнесла Холли, разорвала билет на мелкие клочки, и они полетели по ветру, как конфетти. — Она — не твой тип.
— В таком случае нам лучше вернуться, — с грустной улыбкой сказал Росс. — А то мой тип будет волноваться и думать, куда мы подевались.
…………………………………………..
