— Мы уже думали — хана! — Клим провел рукой по горлу. — Антиквара замочили, а книги в квартире нет, только телефон и фамилия того мудака, которому, с его слов, он отдал книгу. И тут меня словно током шибануло: те двое, что днем приходили, были со спортивной сумкой. Смотрю, а она за креслом, в углу стоит. Полная. Раз не распакована, думаю, значит, или кому-то еще передать ее должны, или забыли. Шансов — один из тысячи. Но я везучий, — он довольно ухмыльнулся, — утром те вернулись как миленькие. А там уж дело техники… Кровушки, правда, пролили: еще двоих пришлось…
— Ваше счастье, что все получилось. — Ладис бросил возбужденный взгляд на сидевшую рядом Жанну.
«Наживка», на которую безошибочно клевали «нужные» в тех или иных ситуациях мужчины, была его давнишней подружкой. Последнее время она почти постоянно находилась в разъездах, и директор уже изрядно соскучился по ее манящему телу.
Но дело есть дело: Жанне первой приходилось уезжать на место предстоящей «операции» и возвращаться оттуда последней.
— Еще не раз получится! — Клим крутанул на пальце связку ключей, блеснувшую золотом нательного крестика.
— Что еще там у тебя? — протянул руку Ладис.
— Трофей.
— Хорошая работа. — Директор осмотрел крестик с обеих сторон. — Зачем он тебе?
— Память о дырке в спине. — Клим потянул связку на себя. — Не продается и не дарится, — предупредил он.
— Убедил. — Ладис был в хорошем расположении духа — поездка в Таиланд приобретала конкретные очертания. — Деньги получите послезавтра.
— Это еще почему? — возмутился Стрема. — Мы свою работу сделали.
— А по кочану, — не стал вдаваться в подробности директор.
Библия, действительно, уже лежала в его сейфе, но определить — та ли это книга вообще, он был не в состоянии. Прояснить ситуацию мог только Сажин, но тот был сегодня занят и просил приехать завтра. «Зажрался, подумал во время их телефонного разговора директор, — такую дорогую вещицу заполучить не торопится…»
Клим и Стрема состроили на лицах недовольные мины.
— Я же сказал, послезавтра! — в голосе директора зазвучал металл.
— Окейно, — буркнул Клим и первым подался к двери.
— Приезжайте часам к двенадцати! — бросил Ладис вслед уходящим.
Жанна, как только они остались одни, откровенно-зазывающе посмотрела на Ладиса.
— Мне тоже идти? — Она слегка приоткрыла рот и кончиком языка провела по верхней губе.
Директор все понял.
— Меня ни для кого нет! — бросил он в приемную.
Утром следующего дня Ладис на своем «Ягуаре» мчал в подмосковный особняк Сажина. Откинувшись на обтянутую мягкой кожей спинку, он то и дело мотал головой, отгоняя от себя сон. Аккуратно упакованная Библия покоилась на заднем сиденье.
«Жирует Москва… — лениво думал он, глядя на плывущие мимо элитные жилые дома. — Воруют, батюшка, воруют…» — вспомнилась исторически известная фраза.
Построенные по индивидуальным проектам особняки тянулись в небо, щеголяя друг перед другом своей неповторимостью.
«Лет десять назад все выглядело куда проще…» Ладис глотнул из банки кока-колы. После бурного дня и не менее бурной ночи болела голова, но похмелиться до встречи с Сажиным он побоялся. Тот выпивал крайне редко и органически не переносил запаха перегара. Директору очень хотелось в страну миниатюрных проституток и буддийских храмов, и ради этого он готов был терпеть любые муки.
Многоэтажки за окнами машины сменились элегантными коттеджами.
«Слава Богу, недолго осталось! — Ладис включил кондиционер. — Что ни говори, а Иван в своем деле гений».
Он улыбнулся получившемуся каламбуру: «Иван-гений». Куда более знакомое «Иван-дурак» было привычнее, но в данном случае не по адресу.
Об истинных масштабах деятельности Хозяина Ладис мог только догадываться, но его ум, в основном занятый попками да ляжками, уже и не хотел вникать ни в какие подробности. В том, что на Сажина теперь работают десятки таких, как он, директор не сомневался, но, учитывая их совместное с Хозяином прошлое, жизнь в одной коммуналке, в душе ставил себя на одну из верхних ступенек иерархии этого преступного синдиката.
«Я ведь, однако, тоже не промах…» — польстил своему самолюбию Ладис, вспомнив о книге.
Впереди засеребрились знакомые ворота…
Сажин встретил гостя радушной улыбкой.
— Вот это я понимаю — без проволочек и с положительным результатом, похвалил он Ладиса, принимая книгу. — Поглядим на старушку! — Он открыл фолиант и внимательно всмотрелся в страницы. Глаза его азартно загорелись. — Порадовал ты меня сегодня, Олег!
Директор не поверил своим ушам — по имени Сажин не называл его со времен коммуналки.
— Стараюсь, Иван… Григорьевич! — Ладис все же побоялся фамильярничать.
— Как прошла операция? — Сажин удовлетворенно погладил кожаный переплет и пододвинул директору пепельницу. — Можешь курить, если хочешь.
Тот вновь удивленно вскинул брови — курить в кабинете, насколько он знал, было не принято.
— Все в норме — приехали, взяли, — заверил он и несмело закурил.
— Без всяких там?
— Ни-ни! — Директор решил не говорить о том, что операция чуть не сорвалась из-за горячности Клима. — Все как по маслу…
