— Теперь можешь отдохнуть где-нибудь на Канарах. — Хозяин протянул Ладису пакет с валютой. — Или тебе сразу в Швейцарию перевести? — с любопытством посмотрел он.
— Спасибо, я по старинушке. — Он суетливо сунул пакет в «дипломат» и затушил едва начатую сигарету. — Поистратился за последнее время… — добавил, будто оправдываясь.
— Тогда до скорого, Олег. — Сажин встал и протянул руку.
Выйдя во двор, директор в который раз отметил про себя безукоризненную ухоженность участка земли вокруг дома: аккуратно постриженный газон, кристально чистая вода в декоративном бассейне, альпийская горка, сооруженная не без фантазии, — все выглядело просто идеально.
«Откуда у архивной крысы такой вкус?» — в который раз удивился бывший парторг Дворца профсоюзного актива и уверенной походкой зашагал к припавшему к асфальту «Ягуару».
Москва встретила друзей настороженно. Трижды на въезде в город их останавливали на постах ГАИ, и трижды сердца мстителей бешено колотились при мысли о сумке в багажнике, на дне которой было спрятано оружие. Но пронесло: двадцатидолларовая банкнота, предусмотрительно заложенная в обложку техпаспорта, ненавязчиво помогала блюстителям порядка понять всю жгучесть желания приезжих попасть в первопрестольную.
Углубившись в город, друзья долго петляли по незнакомым улицам, пока не наткнулись на то, что искали — скромную вывеску: «Адресное бюро».
— Я мигом! — Гаркавый выскочил из машины и уже через пятнадцать минут раскрасневшийся, но довольный, вернулся назад.
— Деньги в этом городе творят чудеса! — Он помахал перед носом Скитовича клочком бумаги. — Пятьдесят долларов — и здешний хакер извлек из мозгов главного компьютера городской телефонной сети то, что нам требуется. Значит, так, номер принадлежит, — он заглянул в бумажку, «Косарев В. А., Белая, 22-340».
Скитович долго изучал карту Москвы, прокладывая по свежедобытым координатам маршрут.
Улица Белая находилась на самой окраине, в одном из недавно выросших микрорайонов. «Шестерка» долго тыкалась между домами, то и дело попадая в тупики, пока не остановилась у длинной панельной многоэтажки с табличкой «22».
— Похоже, прибыли. — Скитович припарковал машину у детской площадки.
— Если компьютеры не врут — то, да. — Гаркавый растер опухшие кулаки. — Только бы этот Косарев был дома.
Скитович принес из багажника сумку.
— Держи, — протянул он Гаркавому пистолет. — Только не пали почем зря.
— Разберусь как-нибудь, — Гаркавый сунул «ПМ» под куртку, — не маленький.
— Посмотрим. — Скитович перекинул сумку через плечо. — Ну что, пошли?
— Идем. — Гаркавый, немного поколебавшись, взял и нунчаки. — На всякий случай…
Триста сороковая оказалась на пятом этаже. Друзья бегло осмотрели дверь, она ничем ни отличалась от тех, что были по соседству — такой же простенький дверной глазок, такая же обивка из черного кожзаменителя. Никаких признаков, что хозяин относится к сильным мира сего.
— Звони. — Скитович достал автомат и припал к стене.
Гаркавый дважды нажал кнопку.
— Кто там? — почти тотчас раздался из-за двери мягкий мужской голос.
— Вам от Николая Васильевича передача, — уверенно отчеканил Гаркавый и огляделся по сторонам: все пока было спокойно.
— Какого Николая Васильевича? — поинтересовался голос.
— Новикова.
Звякнула снятая цепочка, и дверь приоткрылась.
— А почему он сам…
Скитович, скользнув вдоль стены, с силой надавил ступней на дверь.
— Тихо, дядя! — Он угрожающе приставил дуло автомата ко лбу хозяина. — Помалу — назад!
Подслеповатые глаза того испуганно округлились. Пятясь, он медленно отступил в глубь прихожей. Друзья, наседая, двинулись следом.
— Кто еще в квартире?
— Никого, — еле шевеля языком, пролепетал мужчина.
Скитович опустил автомат.
— У нас к вам пара вопросов.
— Проходите. — Хозяин, опасливо озираясь, засеменил в гостиную.
Друзья не отставали ни на шаг. Комната, в которой они очутились, была просторной и светлой. Интерьер ее во многом напоминал жилище убитого антиквара, то же обилие старинных вещей, такой же кожаный диван…
— Вы упомянули имя Новикова… — тихо спросил хозяин, рассеянно теребя профессорскую бородку. На вид ему было лет шестьдесят — шестьдесят пять.
— Да, — кивнул Гаркавый. — И наши вопросы будут касаться именно его.
— Это как-то связано с 36-строчной Библией Иоганна Гутенберга, что он привозил?
— Почему вы так думаете? — насторожился Гаркавый.
— Как вам сказать… Во-первых, я впервые держал в руках столь дорогую книгу, а во-вторых, предчувствие, если хотите… — мужчина уже слегка оправился от шока: голос его стал более ровным, выражение лица сосредоточенным. — Появление столь редкой вещи не могло остаться незамеченным, — продолжил он, — и вот, я думаю, результат. — Он выразительно посмотрел на непрошеных гостей. — Только не могу понять: при чем здесь я?
Гаркавый молчал. Он ожидал увидеть перед собой этакого «крутого» типа, а перед ним стоял пожилой интеллигент. Было от чего смешаться.
— Кому вы еще здесь, в Москве, показывали книгу? — Скитович пришел на помощь, как всегда, в нужный момент. — И сколько она, по-вашему, стоит?
