— Вуаля! — победно воскликнула она, когда последний клубок был мастерски втиснут в узкое пространство и обрел свое место в злополучной корзине.
Мы, затаив дыхание, наблюдали за этим представлением. И никто из нас, даже недоверчивая Фини, не посмел больше сомневаться в уверенности тети Гризельды.
— Пожалуй, я все-таки сочиню речь и потренируюсь! Полагаю, проблемы возникнут с искренностью. Но я слыла неплохой актрисой и должна справиться с этим неудобством, — решила тетя, и довольная, что утерла нам носы, отправилась к себе готовиться к встрече.
Надо отдать должное, она отработала свой выход замечательно. Никто из присутствующих, в том числе и сама маркиза, услышав высокопарную речь, не сомневались, что мисс Уилоуби невыразимо счастлива засвидетельствовать всевозможные чувства почетной гостье.
Сама же маркиза Грэдфил оказалась вовсе не такой, как мы ее представляли. Тетушка даже выразила облегчение, что ей, похоже, придется иметь дело с разумным человеком, и немного заколебалась, размышляя, стоит ли произносить сочиненную речь. Однако, припомнив царственный жест маркизы, решила, что эти усилия будут отнюдь не лишними.
Когда карета остановилась около парадного крыльца, наша небольшая группа заторопилась навстречу. Миловидное лицо миссис Тернер расплылось в улыбке, ее муж казался непроницаемо серьезным, а Летти трепетала от нетерпения увидеть светскую даму. Тетушка шла немного позади хозяев дома, но с таким надменным видом держала голову, увенчанную розовой шляпкой, а рюши на объемной груди вздымались с таким степенным достоинством, что спустившийся с запяток слуга обратился именно к ней, объявляя о прибытии госпожи.
В тот же миг отворилась дверца, и из кареты, не дождавшись, когда опустят ступеньки, выпрыгнула молодая женщина. Она сладко потянулась, чем привела всех в полное замешательство. И томно сообщила, что дорога была отвратительна, а на ухабах ее подбрасывало вверх и швыряло по всей карете. После чего она, словно внезапно осознав нелепость своего поведения, сделалась серьезной и потребовала скорейшего знакомства с нанимателями. Мистер Тернер ограничился лишь кратким приветствием, зато дамы были словоохотливы. Пока шло знакомство, из кареты появилась престарелая горничная. Она посетовала на боли в спине и рассеянность хозяйки, позабывшей ее разбудить.
Леди Грэдфил обладала запоминающейся внешностью. Правда, рыжеватые волосы казались ярче того оттенка, который могла дать им природа, а зеленые глаза всегда сверкали, будто маркиза частенько поднимала себе настроение глоточком горячительного. Вела она себя эмоционально, если не сказать лихо. И хотя Тернеры наняли маркизу для того, чтобы она ввела Виолетту в свет, она сумела поставить себя так, словно оказывает им большую услугу, снисходя к их положению.
В первый же час леди Грэдфил перезнакомилась со всеми нами, требуя коротко рассказать о себе и той роли, какую мы играем в подготовке ее протеже к дебюту. Та ответственная работа, которую тетя и Сибил выполняли для Летти, придала им гораздо большую значимость в глазах маркизы, чем моя "незаинтересованность" в будущем успехе подруги. И уже через некоторое время они нашли общий язык, обсуждая различные платья, амазонки, сорочки, туфельки и ленты. Оставшись довольно всей сделанной работой, она отметила несомненный дар Сибил в создании эскизов, чем сильно растрогала ее и расположила к себе. Кроме того, обдуманно или нет (я больше склоняюсь, что нет), маркиза пообещала Сибил замолвить за нее словечко в мастерской мадам Кюри в Лондоне, где одевается все модное общество. И в течение недели постоянно напоминала об этом обещании Сибил, поддерживая в ней искру надежды.
Разумеется, Сибил загорелась этой мыслью и после отъезда леди Грэдфил достаточно долгое время пребывала в состоянии эйфории, каждый день ожидая письмо от мадам Кюри с приказом немедленно приехать на собеседование. Мои сомнения и недоверие к словам маркизы, сказанным столь легкомысленно, только чтобы возвысить в наших глазах чувство собственной значимости, она решительным образом отвергла:
— Мне не хотелось бы неосмотрительно осудить ее, — заявила Сибил. — Ты слишком торопишься, полагая, что она бесчестная особа, потакавшая своему тщеславию.
— Но прошло уже достаточно времени, чтобы убедить тебя в этом.
— Возможно, она слишком легкомысленна. И я могу согласиться, что из-за своей рассеянности маркиза могла забыть о данном слове, но это не значит, что она не выполняет свои обещания… когда вспоминает о них.
— Это меня больше всего и удивляет в тебе! — поразилась я. — Ты, с твоим здравым умом, способна так перевернуть недостатки людей, что они становятся просто невинными слабостями!
В день, когда был назначен прием в честь почетной гостьи, мы пришли раньше остальных приглашенных. Тетя, маркиза и миссис Тернер устроили совещание, обсуждая достоинства и недостатки Виолетты. В целом, как я потом узнала, леди Грэдфил осталась довольна своей подопечной но, как она деликатно добавила, первое представление нередко бывает обманчивыми, поэтому предложила подождать и присмотреться.
