— Значит, я не абы кто для тебя? Докатились, — фыркнула Гермиона. — Скажи мне кто-нибудь неделю назад, что я вот так просто с тобой стану обсуждать такие вещи… — она бессильно махнула рукой и тряхнула растрепавшимися волосами. — А какой же была первая мысль?
— Именно к ней я и склоняюсь, если честно, — мужчина говорил немного приглушенно, словно слова даются ему непросто. Так это и было. — Я хотел позвать тебя с собой в качестве своей жены.
Гермиона потеряла дар речи, смотря на Малфоя покрасневшими от слез глазами и глубоко дыша:
— Неудачная шутка, — выдавила она мгновение спустя, поймав себя на мысли, что перспектива стать женой этого человека не вызывает отвращение. Скорее, наоборот… но это, наверное, от одиночества и желания опоры, которой Рон так и не стал.
— Я не шучу, Гермиона, — Драко взъерошил ладонью волосы, явно, волнуясь, но говорить не перестал:
— На самом деле, ты очень нравилась мне еще в школе, но тогда было невозможно даже дружить с тобой. Да и я сделал все, чтобы ты меня возненавидела. Спустя столько лет… помнишь, я сказал, что никогда не любил жену? Это правда. Я не мог ее полюбить, потому что любил другую девушку. Она всегда была умной, смелой, доброй и самой красивой, хоть никогда этого не понимала, не замечала, как смотрят на нее мальчишки…
Гермиона слушала, заливаясь краской. В школе она была похожа на пугало, а Малфой признается, что любил ее. Врет ведь. Он ненавидел ее за происхождение, считал мусором под ногами…
— Почему, ты думаешь, я встал на вашу сторону, Гермиона? Я всегда шел за своей семьей, за отцом. Но тут не смог. Мне было плевать на всех грязнокровок Хогвартс и то, что с ними сделает Волан-де-Морт. Но не на тебя. И это заставило многое переосмыслить. Понять, что я живу и действую неправильно… но ты тогда уже была без ума от Уизли, вы быстро поженились… у меня не было шансов. Теперь есть. Но дело не только в этом. Дети. Ты как-то сказала, что у меня пунктик насчет этого. Ты права. Я считаю, что ребенок должен воспитываться в нормальной полноценной семье. Моему сыну нужна мать, а твоим — отец. Подумай об этом. Но если ты откажешься, я пойму.
И Малфой вышел из комнаты, оставив Гермиону наедине со стаканом воды и пищей для размышления. Неожиданное признание и не менее неожиданное предложение просто сбило с толку и выжало последние соки. Женщина осторожно поставила стакан на столик, забираясь на диван с ногами и ложась, думая, что просто отдохнет несколько минут.
Когда Драко вернулся в комнату, думая, что зря вот так все это выложил Гермионе и бросил одну, она уже спала.
========== Глава 18 ==========
Гермиона вышла из камина с кипой бумаг, бросила их на журнальный столик и без сил опустилась на диван. Не прошло и месяца со смерти Рона, а она уже в пух и прах разругалась со всеми Уизли, кроме Билла и Джорджа. Те просто не вмешивались, но и не помогали. Тяжелее всего оказалось переносить ссору с Джинни. За эти годы девушки стали почти сестрами, и выслушивать теперь от подруги тонны гадостей, пусть и сказанных сгоряча, было невыносимо. Как и ссориться с Молли и Артуром. Они были ее семьей, и в один миг все развалилось. Но Гермиона никого не винила. Она сама ввязалась в историю с беглыми Пожирателями, вот только жизнь невинного ребенка стоит, чтобы за нее бороться. Даже если это ребенок противного слизеринского хорька, позвавшего ее замуж две недели назад.
Возвращаться мыслями к тому разговору не хотелось, потому что мысли все чаще приводили женщину к необходимости ответить согласием. И причин на согласие оказалось довольно много.
Во-первых, она так и не нашла работу, и это все осложняло. Сегодня состоялось первое слушание по вопросу о том, с кем будут жить мальчики. К счастью, Малфой действительно помог с юристом, и Гермиона добилась того, чтобы до окончательного решения суда мальчики остались с ней. Однако на сегодняшнем слушании ее обязали решить проблему с финансами до следующего заседания, и как это сделать, Грейнджер не представляла.
Во-вторых, Драко удивительно хорошо поладил с детьми. За те три недели, что Малфой провел в ее доме, Фред и Римус к нему привыкли и слушались, зачастую, лучше, чем родную мать. Гермиона даже начала немного ревновать, смотря, как Малфой учит мальчишек сидеть на метле и как им весело. К тому же, сама она привязалась к Скорпиусу. Он был тихим мальчиком, скучал за матерью и тянулся к Гермионе. И та все больше убеждалась в правоте Малфоя — детям нужна полноценная семья, а они вдвоем могли им дать это.
